За гранью игры

Она приоткрыла губы, глаза ее, которыми она теперь смотрела на Алексея, не отрываясь, стали чуть влажными.

Пауза была переполнена жаром. Его тело, перевозбужденное от алкоголя и ее кроткой невинности, горело, жаждая прикосновений.

Он сделал шаг к ней и потянулся к ее губам. Ему показалось, она не сопротивлялась, по крайней мере, не отступила назад, не вжалась в стенку. Он коснулся ее губ своими, сначала робко, ощущая их приятный медовый вкус. Потом, обхватив ее голову ладонями, он стал целовать ее так, как чувствовал, как умел.

Не думая о технике, он просто наслаждался ее ртом, языком и губами. Они были такие нежные и мягкие. Он облизывал, посасывал их. Марианна тоже начала тянуться к нему. Она запустила пальцы в его светлую шевелюру и начала трепать ее, целуя его жадно и неистово. Алексей застонал. Он никогда не испытывал такого блаженства от поцелуя. Все его напряжение, с которым он шел к ней и еще немного стоял у порога, сползло вниз от этой ласковой игры их губ и языков. С ней ему хотелось целоваться вечно. Он снова застонал, запрокинув голову от удовольствия. В этот момент она прикоснулась пальцем к его рту.

– Шшш, – прошептала она. – Нас бабушка сейчас застукает. – Приходи завтра.

– Во сколько? – горел он своими синими возбужденными глазами.

– Вечером. Давай в восемь. Погуляем.

– Хорошо, – улыбнулся он и чмокнул ее в губы. – Пока! До завтра!

– Пока! – она улыбнулась и проводила его, закрыв за ним дверь.

Ее кристаллы снова блестели и искрились, а щеки пылали.

«Я ей нравлюсь!» – воскликнул про себя Алексей. Всю дорогу домой он шел, улыбаясь, трогая пальцами свои припухшие от поцелуя губы, убеждаясь вновь и вновь, что все, что произошло с ним и Марианной, было уже не сном, а реальностью.

Дома он обнаружил спящего Игоря. «Эх, знал бы ты, что пропустил»! – подумал с издевкой и явным ощущением превосходства Алексей, глядя на друга, развалившегося на диване с открытым ртом.

Всю ночь Алексей мечтал о предстоящей встрече. Часов до трех он точно не спал. Какие-то красивые рифмы лезли в его голову. Хотелось слагать оду любви той, которая стала для него самой красивой и желанной. А еще он с затаенным дыханием представлял их секс. Конечно, он даст ей время опомниться от бесчувственного Игоря, не будет ее торопить. Пусть все случится само по себе, когда она будет гореть и жаждать его так же, как он ее.