Без тепла. Повесть

Помещение отапливалось большой русской печью, и от её стенок шло приятное тепло.

– Мать, как дочку-то назовёшь?

– Ольгой, – ответила Нина.

– Ольга? Хельга по скандинавски значит «Святая»! Эк, куда замахнулись!

Но Нине было не до размышлений. Слабость охватила тело. К тому же было 4 утра, а в это раннее время самый приятный сон, и она задремала.

– Вот говорят: «Ребёнок на свет родился!» – продолжала рассуждать нянечка, как бы сама с собой, – А какой вам тут свет? Тьма-тьмущая!

И рассветёт-то не лучше будет! Ноябрь, холод да ветер! Бедная дитятя! Ничего хорошего не увидит!

Если бы Нина понимала тогда, она бы возмутилась:

– Ну, что вы такое пророчите! Всё хорошо будет, солнечно, ясно!

Девочка ни в чём нуждаться не будет, мы уж постараемся.

Первый офицерский ребёнок! Вырастим здоровую и сильную! …И талантливую! – хотела бы возразить Нина.

Но она провалилась в полу-дрёму, а поэтому напутственных слов ПРОКЛЯТИЯ нянечки не слышала.

А слова, сказанные в час рождения, сбываются!!!

Утром нянечка подошла у Нине.

– Ну, как ты, дочка?

Нина открыла глаза. Немного болела поясница, ног не чувствовала, голова кружилась.

– Да ничего. Слабость ещё есть.

– Ну, конечно, кровищи-то пол-ведра потеряла. Хорошо, акушерка опытная, а то бы с ангелами на небесах вчера встретилась!

Нина ничего не поняла, но стала вслушиваться.

– Ангелы-то Богу служат. Сотворённые они, пола не имеют. Бог-то их шлёт на землю, нам грешникам помочь.

Вот и тебе Ангелочка послал, знает, видно, что судьба у тебя будет трудная. Болеть всю жизнь будешь.

Это было второе ПРОКЛЯТИЕ. У Нины потемнело в глазах, и она потеряла сознание.

– Эй, – закричала нянечка, – роженице плохо!

Прибежавшая акушерка поднесла к её носу ватку с нашатырным спиртом, и Нина очнулась.

– Ишь, хлипкая какая! – сказала нянечка. – Выкарабкается или нет? Неизвестно!

Третье ПРОКЛЯТИЕ Нина услышала. Она не знала о силе воздействия слов, мало разбиралась в религиозных и магических вопросах, но здесь она мысленно отреклась от этих слов:

– Не принимаю, не верю! Жить долго буду!

Это и спасло ей жизнь.

– Не местные вы, видно. Откуда вы? – снова заговорила словоохотливая нянечка.

– Из Читы мы. Замуж вышла два года назад, за мужем уехала в Кенон.

– Да, тёмное место. Как жить-то будете?

– А мы хорошо живём! – оптимистично начала Нина. – Барак у нас светлый, тёплый.