На троих, или Есть ли жизнь на?..

Но кряхтение сквозь сцепленные зубы в пределах барака, не делало картину менее живописной: звенели и брякали бутылки, скрипела перегруженная тележка: «Куда ты? К дорожке давай! Сейчас все свалится!» И, действительно, сваливалось, разбивалось, подбиралось, грузилось на тележку снова, ну, и так далее.

Две девушки проживали тихо и почти незаметно. Они крайне редко появлялись на общей кухне, почти не участвовали в бурной жизни общежития; у них не было детей и мужей, которых надо было удивлять кулинарными шедеврами, обстирывать, выглаживать, начищать до блеска, короче, холить и лелеять.

Где и как они проводили свободное время, было неизвестно. Но один эпизод бросил тень (возможно, безосновательно) на девушек и слегка пошатнул безразличное отношение к ним женской части барака.

Дело было так. Новый Год встретили весело и с огоньком (в виде салюта из ракетниц), потанцевали, убрали со столов, а потом и самые эти столы, табуреты и посуда разбрелись по комнатам общежития. Стало тихо. Из сладких снов, вызванных отчасти хмельными парами, стал вырывать стук поочередно в каждую дверь и тихий, вопрос: «Олег не у вас?»

В бараке проживала красивая пара: оба высокие, подтянутые, с привлекательными чертами лица, она – блондинка, он – брюнет.

Фамилия выдавала в нем уроженца донских земель. Что и говорить, если бы женщины не были так поглощены своими мужьями и заботами, а он – службой, могло бы разбиться не одно сердце. Видимо, проказливому Амуру стало совсем скучно в этих стенах, и чтобы совсем не потерять квалификацию, он решил запустить стрелу наобум.

Так вот, Аллочка посреди ночи разыскивала Олега. Конечно, сон так и сдуло с обитателей, и до утра они ворочались в постелях, недоумевая, куда можно было деться в закрытом военном городке. В пять часов утра барак сотряс невиданный скандал. Крик зарождался в горле Аллочки и разносился в недрах общежития. «В трусах?!», – в трусах, в трусах, в трусах?..– в недоумении повторяли в каждой комнате.

Утром заплаканная Аллочка вещала собравшимся женщинам.

– Представляете, пошел в туалет и пропал. Полчаса нет, час, два, я забеспокоилась, пошла по комнатам. Ну, может, зашел к кому продолжать праздновать Новый Год. Нет ни у кого. Явился под утро в одних трусах и даже не помнит, что уходил в джинсах, в джемпере, в носках и тапках. Одни трусы, представляете, на нем были одни трусы! Спрашиваю: «Где был?» Отвечает, что у холостяков. Но врет, гад! Я стучала к ним и даже в комнату заходила.