Мар. Щит императора

Ни шевеления бровей, ни дрожи ресниц… Девушка категорически не желала замечать посетителей, хотя тот же молодчик по дороге заверил нас, что она находится в адекватном состоянии и прекрасно сознает, что происходит.

Я внимательно посмотрел на дарру, не сомневаясь в компетенции местных умельцев, но лицо девушки оказалось чисто вымытым и не имело ни малейших следов насильственных действий. Ни синяков, ни ран, ни точек от уколов, обычное лицо обычной девчонки. Если, конечно, забыть о том, что ниже шеи она была парализована.

Посторонних запахов, кстати, в камере не ощущалось, из чего я заключил, что за девушкой, несмотря ни на что, неплохо ухаживали. Это было странно лично для меня, но для империи считалось вполне нормальным.

– Ну что, работай, – предложил его светлость, покосившись на меня с едва заметной насмешкой. – Интересно знать, чего ради ты вытащил меня из дома.

Я обернулся к замершему около входа типу:

– Она хоть что-нибудь сказала?

– Нет, сударь. Ни слова.

– Палача уже подключили?

Мужчина бросил вопросительный взгляд на герцога и, когда тот едва заметно кивнул, послушно ответил:

– Пока меры разрешенного воздействия не превышали стандартных для заключенных такого типа.

– Это как?

Тип снова покосился на герцога.

– Леди изволила ругаться. Поначалу. А потом замолчала насовсем, поэтому нам до сих пор неизвестно ни ее собственное имя, ни имена ее подельников, ни тем более личность ее хозяина.

Я отвернулся.

Что ж, значит, она и впрямь умела гасить боль и, скорее всего, входить в боевой транс. Судя по отрешенному взгляду, она и сейчас в нем пребывала, поэтому все прекрасно слышала, понимала, но могла себе позволить не реагировать. В таком состоянии терять ей нечего. Люди герцога могли ее покалечить, убить, однако заставить говорить, увы, были не в силах. А если бы на Тальраме знали о техниках, позволяющих усилием воли останавливать сердце или покинуть этот мир иным способом, не сомневаюсь – наша сегодняшняя встреча не состоялась бы вовсе.

Подойдя к койке, я присел на краешек и, выпростав из-под простыни безвольно лежащую женскую кисть, обхватил ее пальцами. Дарру не пошевелилась. И даже когда я другой ладонью накрыл ее глаза, заставляя опустить веки, не подала виду, что узнала меня.

– В этом нет необходимости, – вскользь заметил внимательно следящий за моими действиями герцог эль Соар. – Она слепа.

Черт.