Кавказский роман. Часть II. Восхождение

Вечером, когда они вернулись из города, выбрав наконец-то подходящую школу, в комнате опять завели обычный разговор о женщинах.

– Товарищ ефрейтор, что же ты не поделишься опытом с народом? Тебе ведь есть что рассказать? – задирал Генка Игоря.

– У меня всё в порядке. Это у вас сперма скоро из ушей польётся.

– Что, с Милочкой потешился? – не отставал Рыжий.

– Даже если бы и потешился, трепаться бы не стал.

– Нет, ты всё же скажи, у этой Милочки и на этом месте волосы рыжие?

– Ты чего, себе родню ищешь? – огрызался Игорь.

 – Возьми, да и поинтересуйся.

– Как же поинтересуешься – вмиг на губу улетишь.

– Слушай, Рыжий, а чего ты свои интересы с официантками из столовой не справляешь? Это мы женщин не видим, а ты всё время с ними, – встрял в разговор связист.

– Да они ему просто не дают, он вокруг них, как кот вокруг сала, вьётся, а они его гонят, – рассмеялся старший повар Вася.

– Даже Катька? – удивился Борис.

– Катька в последнее время влюблена и никого, кроме нашего джигита, не хочет, – сердито сказал Генка.

 – Слышь, Гейдар? Наша Катька от тебя без ума и всё просит познакомить с нею.

– Какая Катька? – удивился Гейдар.

– Да знаешь, такая крашеная, сиськи – во! – широко развёл руками Генка. – Говорят, раньше только ленивый с нею не был, а теперь никого к себе не подпускает. Всё ко мне пристаёт: познакомь да познакомь.

Гейдар, как ни силился, не мог вспомнить ни одну официантку из тех, которые обслуживали их в столовой.

– Зачем ему Катька, когда у него теперь такая краля есть, – неожиданно встрял в разговор завклубом.

 – Я её сегодня из окна клуба разглядел. Вертелась на крыльце. Совсем за лето из соплячки в красотку превратилась. Вот что такое южное солнце.

Услыхав эти слова, Гейдар даже сжался – так точно попал в цель Игорь.

– Одета, как эта аргентинская актриса из фильма «Моё любимое танго». Видели? Нет? Надо будет ленту привезти. Юбка колокол, талия рюмочкой, конский хвост и чёлка как у скаковой кобылы. Видимо, в Венгрии шмотки подцепила, они там несколько лет прожили.

Так что, джигит, не теряйся.

Гейдар буркнул что-то невнятное и вышел из комнаты, чтобы скрыть заалевшие скулы. В последние три дня перед школой он Марину не видел и даже немного успокоился. Первого сентября, увидев её на крыльце в школьной форме и белом фартуке, с косами, завязанными в корзинку, он удивился, так не похожа была эта школьница на ту красотку, которую он возил по городу три дня назад.