Улыбка Гамаюн

– К начальнику, быстро, – произнёс незнакомый женский голос и повесил трубку.

– Секретарша? – спросила Виолетта.

– Не знаю, – ответила Ада.

– Это она, – подтвердила Виля. – Пойдём? Наверное, в мэрии шефу хорошо прочистили мозги, если так срочно вызывает. Обычно в такие дни он нас не трогает.

– Брать ежедневник с собой?

– Конечно, как везде и как обычно.

Пятиминутка ничем особым не отличалась. Только и того, что её представили всем сотрудникам, которых Ада сразу и не запомнила. А заместитель начальника, Конов Дмитрий Модестович, и в самом деле был душкой.

С улыбкой сообщил, что его песочили в мэрии, поставили на вид и обещали шкуру содрать, если не поправит положения. Поэтому такие же зеркальные требования он предъявляет перед коллективом своих сотрудников.

При этих словах, все выдохнули и заулыбались. А сам Конов Аде понравился. Толстенький, лысенький, с этаким доверчивым и добродушным лицом. И говорил он спокойно и располагающе. Закончив пятиминутку, всех отпустил, а Аде сказал:

– А вас, Шилова, прошу остаться.

Виолетта, отвернувшись от Конова, игриво подмигнула ей. Ада осталась.

Дмитрий Модестович посмотрел на неё прищуренными проницательными глазами и радушным голосом, по-отцовски спросил:

– Устроилась?

– Устроилась.

– Я читал твоё резюме, и если там всё верно написано, мы в тебе не ошиблись. Не ошиблись ведь?

Ада смутилась.

– Я надеюсь, что оправдаю ваше доверие.

– Ну, ну, – хмыкнул он. – У нас предприятие молодое, здоровое, и мы будем надеяться, что вы принесёте неоценимую пользу на этом посту.

Настройтесь на позитив и не стесняйтесь вносить идеи, пусть они, как вам покажется, и будут бредовыми. Мы с вами рассмотрим и отделим зерна от плевел. Договорились?

– Договорились! – выдохнула Ада, а сама подумала: они не разочаруются, она умеет и любит работать!

3

Вечером приехала бывшая одноклассница, Жанна Копылова. Раньше у неё имя было другое – Зойка. С этим именем она родилась, ходила в детский сад, школу. С этим именем её помнили во дворе, когда её мать, маленькая круглая бабёнка, всё время орала из окна: «Зойка, дрянь такая, ты мусорное ведро вынесла?» Казалось, никакой другой работы в их доме и не было, если только мусор беспокоил.

Жанна, тогда еще Зойка, презрительно закусив губу, нехотя отвечала матери «счас», и с независимым видом подняв опрокинутое ведро, плелась домой. Но в старших классах Зойка нарекла себя Жанной, и, приучая всех к новому имени, на имя Зойка не откликалась.