Шел солдат…

Деток-то трое, трудно ей приходится. Да ты иди к ним, от них всё и узнаешь.

– Спасибо, времени у меня только мало остается.

Егор тяжело поднялся и пошёл тихонько дальше. Он прошёл мимо старого здания больницы, в котором, видно было, еще вели приём врачи, толпились в ожидании люди, сидели на скамейке. Егор все шел и шел, слева он узнал старое здание, которое называли «Динамо», в него все несли продукты для сдачи налога в натуральной форме.

Дальше Егор свернул в переулок и вышел на первый порядок, т.е. улицу Советскую.

Около крайнего дома стояла женщина.

– А где тут живёт Мордасова Настя? Она вроде живёт у дочери Маши?

– Так вам Мордасову Марию?

– Да нет, у Маши должна быть другая фамилия.

– Да нет, не другая. Вы какой-то древний, ничего не знаете? Ведь Маша вышла замуж за Шурика, он ведь тоже Мордасов. Да вон их дом, с той стороны. Пройдет пять домов, а их – шестой.

– Спасибо, я пойду.

И вот уже стоит он против дома, смотрит в окна, там, где-то в глубине жена его, Настасья, его дочка, Маня, да и вся семья, его, Егора семья.

Тяжело вздохнул, посмотрел еще немного, повесил голову и медленно побрел дальше, уже не поднимая головы, не смотря больше на дома, на проплывающие мимо яблони и вишни, кусты смородины и клумбы с цветами.

Если бы теперь его спросили, что он заметил за это время, пока шел до асфальта, до здания начальной школы, устроенной в старом поповском доме с тремя тополями у дороги, Егор вряд ли бы что ответил. Он перешел через асфальтированную дорогу, по которой приехал из Воронежа, прошел немного еще и свернул на школьную спортивную площадку.

Там он присел на лавочку, ноги его совсем уже не шли.

День потихоньку склонялся к вечеру. Недалеко играли мальчишки.

– Ребята, вы не знаете, где тут недалеко живет Анна, я её фамилию теперь не знаю, но в девичестве она была Мордасова, а её мама Анастасия Яковлевна?

– Бабка Наська? Так это вы, наверно, об Иванниковых говорите? Так их дом на той стороне, видите синее крыльцо, да две маленькие березки?

– Спасибо, ребята.

Егор вышел с площадки, остановился и долго смотрел на синий дом с красной крышей и голубым крыльцом. И вдруг дверь открылась, из неё вышли два мальчика, светлый и темненький, а за ними женщина.

Нюра? Егор присмотрелся и узнал в ней свою любимую дочку, Анечку. Слёзы застлали его глаза, заморгал часто.

– Поиграйте часик, да потом домой, еще по хозяйству надо убраться.

– Ладно, мам, через час буду

Отозвался мальчик со светлыми волосами.