Не благословляйте мужа Тьмой

Хвала Создателю, полукровки соображали быстро, поэтому их группа, не дожидаясь сигнала, во всю прыть кинулась к выходу, не забыв прихватить с пола убитую змею. Зырян, к моему огромному облегчению, стартовал первым и имел все шансы добраться до щели целым и невредимым, поскольку в узком проходе его было невозможно обогнать. Ну разве что по воздуху… или получив от мчащегося следом Бейса удар в спину?

«Мы поможем», – рыкнули волки, устремляясь к старательно пыхтящему, но все равно слишком медленно бегущему оракулу.

И только тогда я с облегчением выдохнула.

– Вы что наделали, ненормальные?! – проорал Ишейн, стремительным рывком взлетев над осыпающимся коридором. – Придурки полоумные! Чуть нас не угробили!

– Да вы и без нашей помощи прекрасно бы угробились, – не осталась в долгу я, зорко приглядывая за Шмулем, которому явно понравилось быть наездником. – Если бы не Зырян, мы бы вам даже мешать в этом благородном деле не стали.

Хвала Создателю, у фея хватило ума отвести взбешенную гусеницу в другую часть пещеры, и сейчас она ломала сталагмиты там.

Благодаря чему у остальных появилось достаточно времени, чтобы выбраться, хотя это совершенно не означало, что можно оставить вошедшего в раж мелкого без присмотра.

– Какого демона вы вообще туда сунулись? – снова заорал белобрысый, подлетая ближе. – Велено же было внимания не привлекать и крупных тварей не трогать. А вы еще и пещеру вконец раздолбали! Где мы теперь охотиться будем, ты подумала?!

– Завтра подумаю, если выживу, – огрызнулась я.

– Твоего фея надо было удавить еще в младенчестве! Урод малолетний! Вернемся – сам его добью!

– Только тронь – р-рас-сполосую! – прошипела я, неосторожно выпуская клыки и когти. Но тут же скривилась от пронзившей правое плечо боли и стиснула зубы, когда следом за этим вся рука до самой шеи мгновенно онемела.

Демоны и суккубы! Как же не вовремя активизировалось Жабино заклинание!

– Па-а-аберегись! – внезапно заорал во весь голос фей, когда сколопендра резко изменила направление.

 – Хель, прочь с дороги! Кажется, я теряю управление!

Ну вот. Что я говорила?

Ожесточенно растирая руку, я отпрянула, пропуская чудовище, которое мчалось на всех парах. Шмуль по-прежнему трясся у него на закорках, мертвой хваткой вцепившись в чувствительные усики, но, судя по напряженному лицу, удовольствия ему это больше не доставляло.