Проза. Литературный клуб «Добро»

Более того, к нему есть складной приклад. Вместе с прикладом 4000 шекелей. Можно заказать усиленные магазины на 33 патрона.

– Вот это мне подходит, но мне нужно 6 усиленных обойм!

– Вы меня простите, а за чем Вам 6 усиленных обойм? Это же 198 патронов! Вы что на войну собрались?

– Да, – серьезно произнес покупатель. – На войну со Злом. Злом с большой буквы «З». Я три года откладывал с каждой пенсии.

Продавец слегка побледненел, но автоматически продолжал улыбаться.

– А что Вы называете злом, с большой буквы «З»?

– Я буду убивать плохих людей.

Продавец побледнел еще больше.

– Вы имеете ввиду арабов-террористов?

– Почему обязательно арабов? Евреев.

– А евреи то Вам что сделали?

– Ну, ни всех евреев, только врачей!

Продавец начинает слегка заикаться

– Ка-а-а-ких вра-вра-вра-чей?

– Ясно каких врачей, врачей – вредителей!

Тут продавец сливается с белой стенкой и уже перестает заикаться, а тихо спрашивает:

– А как Вы их отличаете плохих от хороших?

– Ну, это совсем просто, – разулыбался покупатель, – тот, кто у меня в списке, тот и плохой!

И он достал из внутреннего кармана мятый листочек из тетради в клеточку.

– Вот, пожалуйста: номер один Зальцбург Марк, психиатр, номер два Крейцер Ирина, психиатр, номер три Тверской Хайм, семейный врач. У меня тут восемнадцать фамилий. Вам их всех зачитать?

– Нет спасибо, я вам верю. Но как же вы решили, что они плохие врачи?

– Я у всех них лечился.

В горле у продавца пересохло, но вернулось исчезнувшее заикание.

– Ввв-ам, на – на -навер-ннное потребуются запассс-ные ооо-боймы. По-о-о —ждите, я схожу на сссс-клад…

На ватных ногах продавец зашел на склад и набрал «101»

– Алло, полиция, я звоню из магазина «Мой калибр», тут какой-то псих хочет купить пистолет и перестрелять два десятка врачей.

Через пять минут в магазин ворвались пятеро спецназовцев заломив руки, они вывели «истребителя врачей» и передали бригаде скорой помощи.

Артур Розенфельд, так звали этого «крестоносца», провел в больнице ни много не мало пять лет. Каждые полгода он писал апелляцию. И вместе с ней на стол психиатрической комиссии ложилась петиция от 18 «приговоренных врачей», им очень не хотелось повторить судьбу 26 бакинских комиссаров…

И комиссия, в которой тоже были психиатры, шла на встречу своим коллегам.