Правда или Действие

Если обратить внимание на то пекло, что творилось на улице, то не удивительно, что после пяти минут бега мы уже напоминали паровые котлеты.

Уже после второго круга пот градом лился по моему телу. Мне казалось, что вместо короткого топа и шорт, я одета в скафандр, в котором меня засунули в сауну, повысив температуру до предела. Сколько бы я не вытирала испарину со лба, его становилось всё больше. Особенно отвратительно было когда одна коварная капля, что мчалась со скоростью света по моей спине, с копчика совершила неожиданный прыжок прямиком в трусы.

После третьего круга скорость моего бега граничила со скоростью передвижения галапагосской черепахи. Свалившись на траву, я больше не могла сделать и шагу. Сердце колотилось как сумасшедшее. Дышать было невозможно, во рту раскинула свои пески пустыня Сахара. Тело же превратилось в желе, к которому забыли добавить агар-агар.

– Прохлаждаешся? – сказал Форд, остановившись рядом со мной. В одно время с нами его футбольная команда была на тренировке.

Тень от его тела, что падала на меня, подарила блаженную защиту от палящих лучей.

– Эта шутка сейчас не актуальна, – невнятно пробормотав ответ, раскинула руки в стороны.

– Вставай давай, – Форд присел на корточки, и солнце снова выстрелило четко в глаза. Снайпер хренов.

Прикрыв рукой лицо, отрицательно покачала головой.

– Пусть меня тут и похоронят.

– Прекращай изображать тюленя, – выровнявшись, Форд снова стал защитным барьером от солнца, – Стеф, все уже доползли к финишу и Клинтон отпустил их в душ, – только я услышала слово «душ», тело словно током шибануло.

Подскочила, да что там говорить, я буквально взлетела над землей. Но увидев хитрую усмешку Форда, поняла, меня просто надули.

– Скажи что ты не шутил? – разочарованно застонав, только сейчас обратила внимание на то, в каком виде стоял Форд.

Отсутствие футболки или на худой конец майки расширило мои зрачки до предела. Бисеринки пота на его голом торсе переливались как алмазы на солнце.

Каждая мышца была словно высечена из камня, а кубики пресса просто вопили о том, чтобы их потрогать.

<<Ты перегрелась, Стефани. Точно!>> – уговаривала я сама себя.

Во всем виновата только жара. И живот скрутило в тугой узел лишь от того, что мне нужно в уборную. Именно так, не иначе.

– Аууу, Стеф, – Форд махнул перед моими глазами пару раз рукой, – ты чего зависла?

– Я… Ну это…, – проморгавшись, несколько раз глубоко вдохнула.