Ангел в ночи. Забытые дневники

В отделе одно бабье… – она зло покачала головой, – Есть один, орел. Да и тот кружит по отделу и со своей орлиной высоты не замечает таких низчих существ, как мы, – она скривила рот.

Девчонки оглянулись и встретились глазами с Феликсом. Он остановился на поле в больших резиновых сапогах, темной куртке, отчего стал казаться почти огромным:

– Выдернуть морковь и сложить в кучи! – прогремел он басом, – Приедет машина – погрузить! И можете идти домой… Как говорится: от забора и до обеда.

Неторопливо одевая две пары перчаток, Лена направилась к стоявшей неподалеку Серафиме Васильевне.

Она все также улыбалась и хитро щурилась. Краешек солнца выглянул из-за белесых перьев облаков и ярко осветил поле. Серафима, по-детски покачивалась на коротеньких ножках, и что-то мурлыкала себе под нос. В кургузой темно-синей куртке наспех заштопанной, она напоминала героя первого отечественного триллера «Колобок», такого же круглого и такого же прыгучего. Красная шапочка кокетливо съехала на одно ухо.

– Бригада «Ух!» Работаю за двух, ем за троих, а сплю за семерых, – Серафима Васильевна засмеялась и принялась усердно выдергивать морковь.

Минут через тридцать наша бригада устала от непомерно тяжелого труда и решила «перекурить» оставшееся рабочее время. Серафима Васильевна сняла одну грязную от земли перчатку, наклонилась и стала водить рукой по малахитовой глади. Ботва вспенилась и ощетинилась, Серафима остановилась и в ту же секунду большая оранжевая морковь вынырнула из жирного чернозема. Затем она достала из кармана небольшой перочинный ножичек и принялась им очищать ее от комьев земли, равномерно обстругивая, начиная от зеленых перьев до самого кончика.

Она так ловко орудовала ножом, что, в конце концов, морковь у нее получилась абсолютно чистая, без единого пятнышка. Закончив работу, она аккуратно откусила самый кончик. Затем, широко улыбнувшись, протянула Ленке нож.

– Чувствуется, что Вы специалист и в этом деле. Нутром чую, мне Вас не обогнать, – Аленка перехватила протянутый подарок.

– Дерзай студент, пока я жив, – Серафима снова засмеялась и стукнула себя рукою в грудь.

– А не опасно? – Лена указала на морковь и поморщилась, – Все ж не мытая – понос не прохватит?

– Да, ладно тебе. Придумаешь тоже, понос! – возмутилась Серафима, – Говорят, в ней полно гербицидов. Может правду говорят, а может и врут, – затем, немного помолчав, добавила, – Боятся, что мы у них весь урожай на корню съедим, – она рассмеялась, затем серьезно добавила, – Не знаю.