Богу Божье – 1: Аспирант Поневоле

Все пригодное для дела человечество в тот момент было сконцентрировано в долине Нила и немного в самом устье Тигра и Евфрата, так что один хороший потоп смыл результаты евгенических экспериментов, оставив лишь стандартную и идеально совместимую с собой модель, созданную Гором. После чего все боги, кроме Гайи и Гора (ну, и Изиды с Озирисом, ясное дело) получили строгий запрет на игры с генокодом ядра клеток человека. Причем за выполнением этого запрета следили столь серьезно, что через тысячелетия геном двух людей разных рас с противоположных точек планеты отличался друг от друга меньше, чем геном двух обезьян, взятых из одной и той же стаи.

Следующим пришел запрет на вселение во взрослые особи. Причина была весьма занятная. Оценив потенциал размножения людей, Гор с Гайей поняли, что богов на всех не хватит ни при каких условиях. А реально интересная информация поступала только от людей, в которых жили боги. Без этого человек просто не успевал набирать достаточно информации за свою короткую жизнь, чтобы представлять хоть какой-то интерес.

В общем, богов категорически не хватало. С другой стороны, наплодить лишних искусственных интеллектов тоже решением не было. Гайа попробовала было создать несколько на пробу, но она по-прежнему управлялась высокоэффективным древними алгоритмами, которые, не обнаружив резонной цели существования оных, решили, что «скрипач не нужен» и тут же их потерли.

Тут и возникла идея, что раз уж «бездуховные» особи все равно отправляют бекап в Гайю, пусть хоть и скучнейший бекап, то нельзя ли его после смерти источника записывать в новые рождающиеся особи, тем самым позволяя чисто человеческой сущности за много жизней накопиться до чего-то интересного.

Была краткая дискуссия об этичности использования новорожденных для уже существующих душ, но, учитывая, что в них – новорожденных – по природе практически нет информации, а та, что есть, вроде ритма сердца матери, отнюдь не теряется, причем записанная в тело душа дает ребенку значительно лучшие шансы на выживание, было решено, что проблема исключительно дутая и внимания не стоит.

Впрочем, в ходе сих бредовых дискуссий было получено несколько интересных результатов. Например, если какая пара слишком экзальтированно оплакивала уход богатого дядюшки, оставившего им наследство, то дядюшка, хоть и без памяти, но с тем же характером, оказывался в колыбели в качестве наследника ханжествующей пары. Что неожиданно привело к накоплению капиталов в некоторых семьях.