Иероглиф счастья

Отсутствие столичного лоска и курортного блеска с лихвой компенсирует роскошная природа. Русскую поговорку «нет худа без добра» новым звучанием дополняет английская «Every dark cloud has a silver lining», то есть у каждого темного облака своя серебристая каемка.

Как прекрасен мир после сильного дождя! Воздух так насыщен ароматами, полон свежести, что хочется пить его. Нигде я не встречала таких переменчивых облаков. Помните, у Марины Цветаевой:

Неподражаемо лжёт жизнь:

Сверх ожидания, сверх лжи…

Но по дрожанию всех жил

Можешь узнать: жизнь!

Невероятно изменчиво море с его приливами и отливами; бездонное синее небо вмиг затягивают пепельно-серые жемчужные облака, через которые прорывается яркое, озорное и беспечное солнце.

Словно по летучей гряде облаков путешествую я по Нормандии. Недалеко от этих мест Гавр, который стал первым пунктом на пути возвращения Цветаевой на Родину.

Если говорить о соотечественниках, то Нормандией был вдохновлён поэт Максимилиан Волошин, Иван Тургенев приезжал погостить к другу Гюставу Флоберу, подолгу жили в этих краях художники Илья Репин и Василий Поленов.

Пора-пора нам отправиться в Живерни, в усадьбу Клода Моне, где сад меняет окраску в зависимости от времени года. Уже скоро!

P.S.

В Нормандии осень. Вчера зарядил дождь нешуточный и затмил всю прелесть живой природы. Слава богу, дороги здесь отличные, не размоет.

Ты тоскуешь, что кончилось лето.

У меня среди роз бродит ветер, летят лепестки.

Я варенье варю, к Покрову его, может, закончу.

Оно будет зимой так красиво на просвет розоветь.

В предосенней тоске облетевших до срока берез

будет дождь, и плачет где-то рябина.

Вы не знаете, как пахнет варенье из лепестков чайных

роз? Приходите же пробовать.

Я тоскую, что кончилось лето.

* * *

Привет!

Если бы вы видели лица водителей, следующих за моей машиной вчера, то прониклись бы жалостью. Это была еще та картина. Я должна была следовать за Chrysler, который направлялся в ремонт и не мог двигаться более 50 км в час на трассе, где разрешенная скорость 130.

Это то самое место, где была сожжена Жанна д'Арк. Шесть веков тому назад на рыночной площади стояла девятнадцатилетняя девушка, в моем воображении очень похожая на Милу Йовович. Думаю, что ей было нестерпимо больно и страшно, когда огонь подбирался к лицу.