Отблески моей сентиментальности. Любовная лирика

О том, что многое случится впереди,

О том, что станешь дальше ты от дома.

Я верю, он тебя безмолвно ждёт,

Перебирая всё украдкой телефон.

Или по комнатам тревожно всё бредёт,

Лишь пропуская этой ночью нервно сон.

Он встретит тебя мило на вокзале

И впустит в свой душевный дивный рай.

Однажды вы друг друга потеряли,

Так вот теперь смотри, не отпускай.

Я приму тебя, выкроив заново

Я смогу тебя извечно любить,

Даже одетую в шёлк из жестокости.

Хоть ты и можешь ранить, убить

Любую из тысячи стойкостей.

И ведь в бархате боли и лжи

Ты будешь бесспорно мной обожаема.

И в лёгком ситце из прозрачной души

Я приму тебя, мною желаемая.

В коже из нитей неповиновения,

Лишь прикрытая только отчаянием,

Ты будешь вновь моим вдохновением,

Хоть моё сердце зашито печалью.

И укрытую в гнев аксамитами,

Я буду ждать тебя, знай, до дрожи.

Они украшены золотыми нитями,

Но для меня ты их намного дороже.

С твоим характером грубым велюровым

Не совладаю совершенно порой.

Жаль, я мнением своим гипюровым

Не изменю твоих устоев покрой.

И в ажурной хлопковой нежности

Я приду к тебе в наивном преддверии.

И из прочной габардиновой верности,

Смогу я сшить полотна доверия.

Ты эстетически просто прекрасна,

Даже в своем кашемире из чёрствости,

А я, прикрывшись печалью атласной,

Вся пред тобой в парче из покорности.

И ты так строго букле из грубости

В сундук отложишь старый и пыльный.

Вдруг облачившись в вуаль из мудрости,

Ты перестанешь казаться сильной.

И я увижу в тебе столь изысканные

Из шифона черты романтизма.

Ты мне откроешься и станешь искренней,

Не боясь острой иглы драматизма.

Ты снимешь из гордости сетку фатиновую

С души, изорванной до неприличия.

И облачившись в скромность сатиновую,

Ты примешь вновь иное обличие.

Даже в жаккард из благородства одетая,

Ты всё равно меня ранишь словами.

И словно грубыми рубцами вельвета,

Ты портишь нежность своими речами.

Но я смогу тебя извечно любить,

Даже одетую в шёлк из жестокости.

Хоть ты и можешь ранить, убить

Любую из тысячи стойкостей.

И те нити ты можешь сжечь дотла,

Что нас связывали между странами.

И даже в ненависти изо льна,

Я приму тебя, выкроив заново.

Мой пламенный дом

Она редко заходит в мой пламенный дом —

Шальная моя, непокорная.

Даже с новой прической и бритым виском

Постоянно она превосходная.