Оленные люди

Это была последняя память о прежней жизни при Советах. Старая-престарая, латаная-перелатаная, но держалась до последнего, надежно служа оленеводам. Ее Отакчан называл «корат», что означало ухо или слуховой аппарат. Вообще-то старик правильно определил назначение «Грозы». С ее помощью оленеводы слушали вести, знали, как живут люди в Д?ндэ, в соседних стадах. Едва, бывало, доберутся до места новой стоянки, как Отакчан торопит: «Виктор, илэ корат? Долчили хинмач!»[23 - Илэ корат? Долчили хинмач! – Где ухо? Слушай быстрее!] Хозяином «Грозы» считался Виктор.

Так распорядился бригадир Айчима. Настроить «Грозу» для работы – дело нехитрое. Главное, удачно вскинуть антенну. У них позывные – «Ота». Это из-за любопытства Отакчана его имя выбрали для позывных. Небольшие поломки случались и раньше, но Виктор сам устранял их. Недавно он служил в армии, в роте связи, и та армейская практика часто выручала в кочевой жизни. Водил Виктор дружбу и с метеонаблюдателями, которые жили по-соседству. Метеопост располагался на их пастбищных угодьях. Там работали профессиональные радисты. Отзывчивые ребята, трое русских парней. Один – его тезка Витька, второго звали Ваней, а третьего Володей. «Великолепная тройка на букву «В», – острил Виктор при каждой встрече с ними.

Когда замолкла «Гроза», Отакчан взгрустнул. Видя, как мучается Виктор, сам переживал. Не отходил от Виктора. Наконец, поняв, что Виктору не под силу оживить радио-станцию, не выдержал:

– Поезжай, Виктор, к русскому Ивану. Я вместо тебя попасу оленей.

Русский Иван мигом наладит.

Это он про русских из метеостанции. В течение лета оленеводы много кочевали. Теперь они пасут оленей по верховьям горных рек. Метеостанция осталась далеко позади. Виктор съездил туда, но оказалось, что Ваня, русский Иван по Отакчану, попутным вертолетом улетел на родину, у него свадьба. Володя отбыл из-за болезни матери. Аж в Москву. Родом он, оказывается, оттуда. Теперь Витя один отдувался за троих. Поэтому свободного времени у него почти не было. Несмотря на это, «Грозу» оставил у себя, обещал посмотреть.

Но до глубины души огорчил сообщением о предстоящем закрытии метеостанции. Наверху приняли такое решение, мотивируя тем, что метеостанция никому не нужна, от нее одни убытки.

Раньше Айчима всю нехитрую документацию передавал по «Грозе». Это было быстро и надежно. И бухгалтерия оставалась довольной. Теперь Айчима должен был торопиться с отчетом. За вечерним чаем он озабоченно говорит:

– Надо бы съездить в поселок.