Мертвая долина. Том второй

Потому что небольшое заклятие, долженствующее закрывать эту комнату от возможных контактов с Тенью, внезапно расширилось раз этак в сто, а теперь мелко дрожало от прилагаемых усилий, растягиваясь с поразительной скоростью, как будто пытаясь обхватить что-то непонятное, присутствующее в комнате, огромное и совершенно чуждое этому миру. А следом за ним по комнате все ярче и ярче начали проступать непонятные черные нити, сгустки и даже маленькие облачка, постепенно сгущающиеся вокруг злополучного кресла и настойчиво кружащиеся вокруг головы Адаманта, как какая-то зловещая корона.

Бер при виде них судорожно сглотнул.

– Ванюш, это что? Только не говори, что Тени, все равно не поверю!

– Да я сам не верю, – клацнул зубами Сапфир, очень вовремя уклонившись от внезапно выросшего у него перед носом облачка, от которого прямо в воздухе застыл выдыхаемый им пар. – Но если это Гор вытворяет, я его потом зашибу.

– А если нет?!

– Тогда не знаю. Я в свойствах Тени вообще не разбираюсь.

– Никто из нас не разбирается.

Но если это Гор… – Бер сердито дунул на еще одно мелкое облачко, вознамерившееся усесться на его носу, и буркнул: – Вон пошло, сопливое. К хозяину своему лети. Он тебе, может, пожрать чего-нибудь даст. А мы несъедобные – сами недавно такими же были.

Облачко, послушавшись, плавно отлетело в угол и, задумчиво повисев перед лицом Адаманта, охотно втянулось в медленно разрастающуюся тучу над его головой. От которой в разные стороны расходились не просто волны дикого холода, но и снежок на полу выпал, и стены покрылись инеем почти целиком, и даже дверь, к которой прижались Сапфир с Изумрудом, стала похожа на причудливо расписанную глыбу льда.

– И что теперь? – вполголоса спросил Бер, когда поземка стала медленно взбираться вверх по сапогам. – Вань, у тебя нет в запасе какой-нибудь спасительной идеи? Знаешь, я не хочу превращаться в снеговика.

– Я думаю, – процедил Сапфир, с тревогой следя за преображением собственной одежды и растущими пятнышками инея на адароновом доспехе.

 – Я все еще думаю…

– Думай быстрее!

– Не лезь. Дыши лучше. Я сейчас… что-нибудь… попробую. – Ван сосредоточенно прикрыл глаза и, подумав о том, что иней – это та же вода, которая, по идее, должна быть ему подвластна, обратился внутрь себя. К тлеющей в глубине теплой синей искорке, от которой, как и всегда, в ответ пришла целая волна желанного умиротворения, поразительного спокойствия и стойкой уверенности в том, что на самом деле он знает, как поступить.