Космические близнецы, или Как изменить мир

До скорой встречи и яркой тебе радуги, Маша!

– Угу, до скорой и ярко…

На полуслове Машу разбудил голос мамы: «Доченька, просыпайся! Пора завтракать!»

Запах свежеиспечённых блинов просочился через приоткрытую дверь спальни и назойливо стал щекотать Машины ноздри.

«Блинчики, – протянула девочка с блаженной улыбкой, не открывая глаз. – С вареньем. Одуванчики, чай. Пуу!» – она быстро вскочила с постели, вспомнив сон.

Маша ела с такой скоростью, что блины исчезли с её тарелки в считанные секунды.

Сделав пару глотков молока, она налету бросила сидевшей за столом семье «спасибо» и унеслась в свою комнату.

«Куда побежала? Молоко-то выпей! Как на пожар», – летели ей вдогонку мамины и бабушкины причитания, но маленькая художница своими мыслями была уже далеко.

Карандаши и фломастеры мелькали в её руках, как кегли в руках жонглёра, краски не успевали высыхать. Это надо было видеть! Оценив первый рисунок, Маша улыбнулась. С листа бумаги на неё смотрела зеленоглазая рыжеволосая девочка в брючном костюмчике.

Изображение Калисы Маша прикрепила кнопкой в изголовье своей кровати и продолжила работу, рождая новые и новые идеи радужного мира. Жизнерадостные танцующие домики вырастали на высоком лазурном холме, цветики-семицветики тянулись к солнцу, длинная гусеница в яркой полосатой рубашке взбиралась по траве, небесные рыбки летали под дождём с маленькими зонтиками в плавниках, и, конечно, летающая тарелка появлялась из-за облаков. Та самая, на которой должна прилететь Калиса.

Маша ждала Калису каждый день. Перед тем как лечь спать, она подходила к окну, смотрела на звезды и тихо спрашивала: «Где же ты, Калиса?» Тогда девочка ещё не знала, что уйфуцианцы могут попасть на Землю только в грозу.

Калиса прилетела

Наступило воскресенье. Маша хотела поспать подольше, но её разбудил сильный раскат грома: за окном бушевала гроза.

Послышалось быстрое чихание, и посреди комнаты прямо из воздуха возник светящийся шар, перепугав дремлющую рядом с Машей кошку Краску.

Это была кошечка породы Мейн-Кун. На ушах у нее росли кисточки, как у рыси, и она вся была полосатая: от носа до кончика хвоста. И теперь, с неожиданным появлением чихающего шара, все полоски на кошке Краске встали дыбом, уши прижались, спинка выгнулась горкой, и послышалось ее воинственное шипение.

– Пуу! – радостно, но тихо воскликнула Маша. – А где же Ка?..