Моя любимая – Кикимора. Сказки для взрослых

Только как с ним справиться. Еще не поздно было повернуть да бежать. Но удержался.

Наоборот, к нему отправился.

– Наелся? – спросил Алешка небрежно, словно и не Тугарин, а сын непутевый перед ним сидел.

– И что ты предлагаешь? – спросил его Тугарин.

– Может, удаль свою покажешь? – и предложил Алеша.

– Тебе что ли? – недоверчиво спросил гость

– А хоть и мне, – отвечал Алеша и плечи расправил для храбрости. Он бы от медовухи не отказался, да давно ее всю Тугарин выпил, даже воды нигде уже не видно было.

Вот и пришлось только плечи распавить.

Слово за слово, вытащил из дворца Тугарина Алеша, да на поляну повел его. А сам и не знает, как с ним справиться. Каким мечом, какой булавой можно бить его.

Оглянулся Алешка, чтобы дерево какое подходящее вырвать, да уж тогда и наступать.

Он понимал, что потом перед Лешим ответ держать придется. Но может, простит, если он живым останется.. И дерево подсмотрел. Только повернулся к Тугарину, а того нет. Как сквозь землю провалился.

И ни писку, ни визгу никакого. Был Тугарин, и нет его. А тот и провалился.

Угодил он с овраг громадный. Его Соловей для путника какого подготовил. Так решил, что конный даже с конем может упасть и не выбраться. Вот Тугарин упал, не глядя. Под ноги-то он вообще особенно не глядел. А коварства такого не ожидал от тех, к кому в гости явился, не запылился.

– Ты куда Тугарина загнал, – бросился на Алешу Соловей. Он с кроны дерева следил за всем, что вокруг делается. А как они приблизились и вовсе насторожился.

Когда Тугарин в овраг угодил, он испугался немного. Тот на него и обрушится, когда выберется. Вот и решил Алешу виноватым сделать.

А он и не отпирается. Подвиг, так подвиг.

– В яму и загнал, я даром ее копал для него всю ночь, – громко, чтобы все слышали, Алешка бросил Соловью.

Тут и Соловей уж удивился. Вроде как копал-то он вместе с чертями. А куда денешься, сам начинал оправдываться. Теперь уже на попятную и не пойдешь.

Но потом остановились они перед ямой той.

Да стали решать, что с Тугариным делать. А он, как только понял, что не выберется, приуныл, голоса не подавал. Проголодался сразу. Но понял, что еды не скоро дождется. Как бы совсем с голода не помереть. Тут много не покапризничаешь. Вот и решил Тугарин силы беречь. Медведь в берлоге всю зиму лежит без еды и ничего. Но от мыслей таких совсем грустно ему стало. Даже одинокая слеза по щеке его скатилась и на ладонь упала.

Пролетал мимо Горыныч.