Синдром Искариота, или История одного предательства. Повесть

– Что за ерунда! А что ещё тебе надо? Картины и скульптуры лучше не трогать. А с остальным – ну много раз говорили. И по поводу ремонта – обо всём договорились. В бывшей комнате отца – что хочешь, то выкинем, что хочешь, оставим. Только согласовывать со мной надо, с моим же мнением тоже как-то считаться бы. Отцовскую кровать и диван выкинули уже оттуда. Вот картины мои, надеюсь, не собираешься выкидывать? А так – всё, что хочешь.

– Тебе что ни скажешь – всё ерунда, каждую мелочь постоянно обговаривать приходится.

Ты же там ничего не делаешь.

– Ну так я не только этим занимаюсь. А потом – я хочу посоветоваться со специалистами, как это всё лучше сделать. Секретер надо выкинуть – выкинем, зеркало-двульяж с тумбой тоже. Просто выкинуть не сложно, а вдруг что из этого пригодится – в качестве деталей даже.

После отдыха супруги переместились в гостиную, где продолжился их разговор.

– Почему ты не хочешь освятить квартиру, мне тут спать страшно.

– Да ну, перестань… – почти взныв с подброшенным вверх взглядом и округлённым ртом, выпалил Илья.

Полтора года спала – и ничего, а сейчас вдруг приспичило. Как ребёнку маленькому привиделось что-то – начинаешь пугаться всего. А потом, скажи мне: а ты почему не хочешь освятить наш брак? Сколько раз уже говорили о венчании…

– Одно к другому не относится вообще. Нет, никакого венчания. Я к нему не готова, – категорично ответила жена.

– И сколько ещё можно готовиться? – с недовольным видом задал вопрос Эсператов.

 – Уж если церковь призываешь, то надо сначала с таинством брака всё решить, а потом всё остальное.

– Я ни с кем вообще больше венчаться не собираюсь, – ещё жёстче бухнула Регина.

Словосочетание «ни с кем» в этом случае показалось ему странным (не многовато ли странностей в этот день?). Что это – случайная и нелепая оговорка? Что значит «ни с кем»? Муж ведь только он. Или это оговорка по Фрейду, невзначай приоткрывшая завесу истинного положения вещей? Несмотря на то, что Эсператову был ближе первый вариант, в голове его уже поселился червь сомнения, которого он всячески пытался оттуда вытравить.

А зря…

– Ну тогда и я тебе тоже говорю «нет», – как гвоздь вбил, тихим, но уверенным тоном вставил Эсператов. Сколько можно только мне уступать? А со мной считаться кто будет?

– И зачем я вообще замуж за тебя вышла, – как бы сама с собой рассуждая, посетовала Регина.

– А… Так никто ведь насильно не тянул, – усмехнулся Илья Эсператов.