Кусочки мозаики. Почти документальные истории

Как следствие, мы снова завязли в репетициях… Мои робкие доводы, что можно идти постепенно, небольшими шагами, совмещать репетиции с записью, что позволило бы нам параллельно отрабатывать саму технологию записи, не были восприняты. А ведь можно было бы взять сначала наиболее отработанные песни, даже одну песню. Сделать ее. Пусть это займет месяц, два… Но довести ее до конца! И дальше переходить к следующей. Это позволило бы хоть как-то, пусть сначала медленно, но продвигаться вперед.

Нет… Воз и ныне там.

Складывается впечатление, что у нас просто образовался какой-то психологический барьер, через который мы не можем переступить…

А может быть, этого и вообще не стоит делать?

Возвращаюсь к разговору в лоджии нашей гостиницы.

Дрюня высказал интересную теорию, а заодно и сделал заманчивое предложение.

Его теория объясняла силу воздействия нашего живого исполнения на слушателей. Согласно ей тембры наших голосов так взаимодействовали друг с другом в звучащем аккорде, что возбуждали наведенные звуковые гармоники частотой где-то в районе шести герц – внутренней резонансной частотой человеческого организма.

Это порождало неосознанное воздействие на подкорку, причем такое, которое вызывало у слушателя сильную положительную эмоциональную реакцию. Этим объясняется то впечатление, которое испытывают слушатели на наших концертах. Этим же объясняется и то, что делать запись наших песен совершенно бессмысленно. Ни одна современная звукозаписывающая и звуковоспроизводящая аппаратура неспособна воспроизвести этот резонансный частотный диапазон, а следовательно, и эффект, производимый нашим живым пением.

Пожалуй, эта теория близка к истине. Но вот то, что из этого следует бессмысленность наших записей – с этим нельзя согласиться. Конечно, запись всегда слабее живого исполнения (даже если не учитывать эти шестигерцовые гармоники), но это же не приводит к отказу исполнителей записываться, а слушателей – слушать музыкальные записи.

Но, наверное, Дрюня прав в том, что нас слушать лучше живьем.

И отталкиваясь от этого, он говорит:

– Мужики, я не буду повторять те комплименты, которыми вас и так тут уже завалили. Скажу лишь, что за то, чтобы глотнуть тот глоток свежего воздуха, который вы даете своими песнями, немало очень небедных людей готовы много отдать. Можно было бы организовать такие закрытые клубные концерты для избранных. Поставить все на серьезную основу. Только, если ступить на это дорожку, придется резко изменить свою жизнь.