Выбор

Доктор пытался копаться в мозгах, вызвать угрызения совести, хотя Роман так и не смог понять почему он не мог сам распоряжаться своей жизнью. Доктор не разделил его восторга, когда он рассказывал о том, как жил и откровенно скучал, а после того как рассказал о сбитой женщине с ребенком и ее муже, принесшим ему массу восторга, доктор оттянул галстук и сцепив замком руки долго молчал, а потом вдруг достал из допотопного сейфа фитюльку кокса и положил перед ним. Порошок и предчувствие острого удовольствия вмиг затмили весь приобретенный здесь опыт и, схватив кулек, он прямо зубами начал рвать пленку.

Это оказался не кокс, а обычная мука, а Романа весь оставшийся вечер лупили розгами. Подобный урок повторялся еще не раз, и опыт острого удовольствия снова и снова затмевал все. Иногда они хитрили, и ложный наркотик или бутылка водки поставлялись через охранника. Так он лишился и креста. Лишь к концу третьего месяца, когда сошел снег и тайга укрылась зеленым покровом, Ромка смирился с новой реальностью. И с тем, что наркоты больше не будет. Страх перед новой порцией наказания розгами оказался сильнее и уже не было того острого желания. Их заменили другие. Роман не мог поверить себе, но теперь удовольствие доставляли совсем другие вещи. Не было ничего лучше после длинного дня рубки леса или вскопки поля вволю напариться в бане, а потом с головой занырнуть в ледяное озеро. Он, наконец, понял какое удовольствие доставляет работа, сделанная собственными руками, работа которая приносит результат. Он даже начал строить планы на жизнь после… И, лишь наблюдая за вновь прибывшими, золотыми мальчиками он понял каким щенком выглядел в глазах отца. Теперь ему хотелось забыть все, что было до реабилитационного центра и начать жизнь с чистого листа.

Исправление проходили не все, но Роман справился. В конце июня произошел отбор, после которого отмечалось их выздоровление. Словно разом забыв о том, как их били охрана изменила отношение.

Теперь они снова относились к ним как своим хозяевам. Стол ломился от явшеств, тех, что для Ромки когда то были привычными, а теперь поражали воображение запахами и вкусами. Он долго рассматривал бокал с элитным французским Шато Лафит, вдыхал аромат забродивших фруктов и думал что это просто очередная проверка. Так думали все. Но даже тех, кто все-таки не отказался от элитного вина больше никто не тронул.