На пороге

Резиновые перчатки давно уже порвались, у многих мужчин пальцы постоянно были в грязи и мерзли. Кто-то привез с собой матерчатые перчатки – тем было легче: вечером постиранные, к утру у печи перчатки высыхали, и счастливчики начинали день с сухими руками. Но таких было немного.

Начались проблемы с питанием: за три дня до отъезда закончились крупы и макароны, привезенные из города, закончилась говядина. Председатель выделил свинины, но она была жирной и постоянная картошка с салом не всем была по вкусу. Черный, деревенский, в караваях хлеб, который по утрам вместе с молоком приносил Георгий, тоже жаловали не все.

А за три дня до отъезда случилось ЧП. В этот день немного разведрилось: тучи на небе стали рваными, временами выглядывало солнышко. Васильев утром попросил всех к работе отнестись ответственно: неубранный клин поля оставался еще большим, и надо было дорожить установившейся погодой.

Работу начали бодро, картошка пошла покрупней. До обеда возница увез две телеги хороших клубней.

В обед женщины привезли тушеную картошку с салом, по куску жареной свинины, хлеб молоко и чай. Поели у костра. Вадим съел кусок мяса, поковырялся в картошке, выкидывая сало на траву, от молока отказался. Выпил две кружки чаю.

На поле он работал в паре с Димой Нетунаевым: Вадим копал, а Дима очищал от грязи картошку, складывал в ведра и относил одно на телегу, другое – в кучу. Куча мелкой картошки была уже большая: ее не увозили с начала уборки. Бригадир сказал, что эта картошка – на корм свиньям, и что убирать ее будут в последний день, перед отъездом.

Вадим начал копать не все кусты: те, где черных картофельных стеблей было мало, он пропускал.

– Вадим, вот же не выкопал! – сказал ему Дима, держась за картофельный стебелек.

Вадим молча продолжал выворачивать картофельные гнезда через одно: одно гнездо выкопает, одно нет.

– Вадим, ну люди же сажали! Зачем в земле оставлять?

– Тебе что, больше всех надо? Все равно все сгноят! Колхозу надо перед Райкомом за площади отчитаться: гектары убраны.

А урожайность – кому эти три оставленные тобой картофелины нужны? Собирай то, что видно!

– Вадим, ну мне совесть не позволяет картошку в земле оставлять! Я так не могу.

– Ты бы свою совесть спросил, когда в карман транзисторы складывал!

Дима часто-часто заморгал глазами, из них готовы были закапать слезы.

К ним подошел работавший рядом Сергей, он слышал их разговор.

– Вадим, и правда, почище надо убирать.