Поэзия сломанной души. Безвременные стихи

Кого судить, лишь я один решаю,

Кого жалеть, решает адвокат.

Я – Адвокат.

Кто, как ни я, вселяет

Надежды луч, испортившим свой век.

Судьбу людей случайности меняют,

А человека судит человек.

Но я не раз, проигрывая «дело»,

Смотрел во двор, приблизившись к окну,

На палача, кромсающего тело,

Как дровосек – засохшую сосну.

Готов вердикт, окончена защита,

Забыты споры и фальшивый плач,

Еще одно дыханье перекрыто

И звездный час свой празднует палач.

Да, я Палач.

Топор мой наготове.

Пред ним дрожат и кедры и дубы.

Отправлю вмиг, согласно приговору,

Кого-то в топку, а кого-то на столбы.

Тюремных ям заполнил я нимало,

Да что поделать – в этом мой удел.

Вор – лишь причина,

Прокурор – начало,

А я – венец его печальных Дел.

Я – мелкий Вор

И это сознавая,

При всем при том, что жалок и труслив,

Я все равно не выйду из трамвая,

Чужого кошелька не прихватив.

Мне б завязать, раскаяться, так нет, ведь.

(И вроде бы нормальная семья)

Мне крупно повезло, что лишь на четверть

Я состою из целого СЕБЯ.

Пока еще не пал я очень низко,

Пока еще могу соображать,

Пока от шеи лезвие не близко,

Быть может и не стоит приближать.

Что б не сойти совсем с ума от скуки

И ненароком не зайти в тупик,

Мне нужен тот, кто завернет мне руку,

Вот почему душой я многолик!

1997г.

Тону…

Тону в дерьме, как «новые» в «зеленых»,

Как новый смокинг в ворохе трусов.

Кричу: СПАСИТЕ! SОS! – и слышу стоны

Таких же сотен тысяч голосов.

Кому спасать, кругом все те же лица,

Глаза в кругах, в конвульсиях тела.

Невдалеке знакомая девица,

Она когда-то честною была.

Тону в дерьме, как столб на тротуаре,

Как в хрустале затасканный стакан.

Среди бомжей и платных писуаров

Тону себе, как в пиве таракан.

Пыхтит на мозг «чернобыльская зона»,

Ломает спину проклятый завод

И сводит рот вонючим самогоном,

И от картошки дергает живот.

Тону в дерьме, как уголь в паровозе,

Как Петербург в Октябрьскую Ночь,

Тону взахлеб, размазывая слезы.

Давно тону, но некому помочь.

Босые ноги стынут без ботинок

И пальцы рук пылают от заноз,

Когда попасть пытаюсь я на рынок,

Ведь я за ним, я – рыночный отброс.

Тону в дерьме, как дама в ожерельях,

Как «Запорожец» в стае «BMW»,

Тону компьютером в монашьей келье,

Еще тону культею в рукаве.