Жизнь наизнанку

Лишь два пути – два господина

Зовут работать нас себе:

Один – Небесного Царь Мира,

Другой – князь мiра на земле.

И в том свобода – выбор сделав,

Не оборачиваться вспять,

И благодарным приношеньем

Всем существом для Бога стать.

Исполнить волю и смириться,

И бремя лёгкое поднять,

Просить терпенья и молиться,

Чтоб укрепила благодать.

Но страх объемлет поневоле,

И кажется, что Крест не твой,

Что ты достоин лучшей доли,

Что не подвижник ты святой.

Никак понять того не хочешь:

Не телом ты, а духом слаб,

А сатана уже хохочет,

Что ты его, не Божий, раб.

И вот, прельщает понемногу,

Всё ниже твой поклон ему,

А он толкает на дорогу —

Широкий путь в огонь и тьму.

Остановиться – мало веры,

Не слышат уши Божий глас, —

Привыкли слушать лишь напевы,

Что возвеличивают нас.

Нет! Трудно умереть для мира,

И стать безумьем для него…

В неделю о Страшном Суде

Что есть без веры дело?

Гордость.

Блажь. И слов Евангелия строгость

Вдруг в сердце обличает фальшь.

Придём на Суд… И что же, Боже?

Здесь оправдаешь Ты кого?

Кто мимо бед пройти не может,

Кому чужое, как своё.

Должны не дать – ДАВАТЬ для Бога,

Утешить ближних в трудный час.

Без сердца дело-то убого!

Еда важнее слов подчас…

Хоть не единым живы хлебом,

Имей рассудок человек!

Сейчас ты послан брату Небом —

Так покрывай Любовью грех.

Любовь! Вот деланье и вера!

Люби и будь, как голубь, прост.

Любовь! Вот мудрость без предела.

В Ней – Бога суть, и к Богу мост.

В неделю о блудном сыне

Душа ведь каждого из нас —

То лик Христа.

Пусть сверху гниль, пусть сверху грязь —

Она жива.

Ты не отребье для Отца —

Любимый сын,

Хоть и бежишь ты от крыльца —

Ты не один.

И вдаль глядят Любви Глаза —

Сквозь мрак и боль,

От боли катится слеза —

Ведь Я с тобой…

Но мы в дерьме, как свиньи мы —

Вокруг нас вонь,

Но запах свой не чуем мы,

А вот чужой…

И я, и ты – такой же сын,

Не старший, нет!

Нас глупых нанял господин,

Суля на хлеб.