Нумизмат. Роман

Рублев приготовился что-то ответить, но ему не дали сказать, опередив на миг.

– Предупреждаю заранее, директор вашей школы Изольда Гильотинова – не ведьма, хотя и неоднократно к нам просилась.

Не подходит? – удивился Рублев, вспомнив жгучую брюнетку, которая наряду с неземной красотой обладала просто жутким характером. Вечно на всех вопила и на каждом педсовете устраивала действо, которое по напряжению и накалу страстей затыкало за пояс Варфоломеевскую ночь. Разумеется без жертв.

– Ну, отчего же – подходит.

– Тогда почему не взяли?

– Вот сведет в могилу еще с десяток учителей и обязательно возьмем!

Рублев раскрыл рот.

– А что вы хотели?! Всех подряд в ведьмы не берут, ими становятся, а не рождаются, и только так, и ни как иначе. Иван Иванович, за дело и не обижайте Матильду. Если солнце поддерживает жизнь на земле, то женщины, и только женщины ее дают и продляют!

– Слушаюсь, мой господин, – сказал Иван Иванович и растворился в воздухе.

– А мы, Егор Игоревич, наведаемся к Александру Александровичу Боброву и Борису Борисовичу Аистову, которые в показаниях Лёни проходят под именами Лелек и Болек.

– Я их знаю, могу показать, где искать.

– Егор Игоревич, вы опять не возьмете в толк элементарные вещи. Их не нужно искать, они вон, как ни в чем не бывало, сидят на своих рабочих местах и наживаются на невежестве граждан.

Рублев завертел головой. Мрачный серый переулок и ни одной живой души.

– Да не вертите вы головой! Просто будьте внимательней.

Рублев замер, изо всех сил напрягая слух.

– И не напрягайтесь так сильно, расслабьтесь!

Рублев сделал глубокий вдох, выдохнул, успокоился и стал прислушиваться к каждому шороху.

Десятки голосов закружились вокруг Рублева.

– Так почем ложки? – спрашивал мужчина.

– Двадцать рублей за пару, – отвечала женщина, – берите недорого.

Разговор двух мужчин.

– Сколько книги?

– А сколько не жалко?

– Десять рублей!

– Мало! Книги хорошие.

– Пятьдесят, больше не дам!

– Забирай бог с тобой!

Разговор двух женщин.

– Сколько платье?

– Двести рублей.

Так оно ведь старое и к тому же нестиранное!

– Уступлю пятьдесят, возьмешь?

– Еще червонец скинь, мне на порошок тратиться!

– Ладно, бери уже.

Разговор молодого парня и взрослого мужчины.

– Почем?

– По двадцать!

– А из новинок что-нибудь есть?

– Все что перед глазами, то и есть!

– А есть, – сказал молодой человек и замялся.