Дочки, кошки, собачки. Дневник

Из нашего окна виден Тропарёвский лесопарк, очень-очень любимый.

У нас вообще всё не так уж плохо, только жутко тесно: некуда спрятаться ни от детей, ни друг от друга. А побыть с собой наедине – для меня, например, ежедневная потребность. Но мне пока только 27 лет: может, ещё успею?

28 августа

Настя помогает нам как может. Очень уж она рада появлению в семье младшей сестры. Хотя мы понимаем, что её саму недавно принесли из роддома, что нельзя никакой помощи от неё требовать, но она одним своим присутствием рядом со мной и с Зоей несколько «разбавляет атмосферу».

А главное – с ней можно разговаривать! Не знаю, как относится к старшей сестре Зоя. Думаю, она ещё не определилась.

Только что позвонила моя дорогая мама, через месяц после рождения Зои, впервые.

– Ну, дорогие мои, поздравляю вас с рождением Зинаиды!

– Мама, у нас Зоя…

– Ой, ну извините, пожалуйста, я перепутала.

С мамой моей мне общаться очень трудно, легче не общаться. Она постоянно в каком-то своём образе, у неё постоянно новые замужества, новые кошки, она всегда находится в поисках нового счастья в личной жизни, вообще в поисках лучшей доли для себя.

По-моему, она не очень справляется с этими поисками последние годы и подбадривает себя спиртным. А может, наоборот, справляется и пьёт от счастья?

В любом случае никакой помощи с внучками от моей мамы ждать не следует. Пару лет назад она вообще посоветовала мне сдать Настю на пятидневку:

– Ты же будешь совершенно свободна! У тебя будут развязаны руки!.

.

Интересная позиция: зачем их тогда рожать, детей-то этих, чтобы сдавать куда-то?

Такая у меня мама. Вечная сигарета, маникюр-педикюр, макияж, обилие украшений, бейсболка в любое тёплое время года, а главное – «глубокие» суждения обо всём происходящем в стране и в нашей семье.

5 сентября

Отсутствие бабушек и теснота – это не единственные проблемы в нашей семье. Есть кое-что поважнее: наша с Колькой профессиональная нереализованность, точнее – нереализуемость в данный момент.

Муж хочет заниматься литературой, я – художник (хотя первое образование у меня географическое с французским языком). Да, безусловно, это не самые хлебные профессии в нашей стране, но что же поделаешь, если душа просит именно творчества и только его? И вот тут-то и начинается трагедия: творчеству надо отдаваться целиком, забывая себя, с утра и до утра, а у нас даже урывками не получается.

И единственное наше общее рабочее место – это кухонный стол.