Подённые записки обывателя. Действительность как она есть

Цитирую по тексту романа.

«Мельком взглянул на приезжего, хрипло спросил:

– С пакетом из райкома? Давай.

– Без пакета, но из райкома…

– Чует мое сердце, что твоя милость – уполномоченный райкома.

Он… немножко церемонно раскланялся:

– Председатель колхоза Семен Давыдов.

– А я – секретарь райкома Иван Нестеренко. Вот и познакомились…»

Начинаю туго соображать, прочитав этот текст.

Первый вопрос, родившийся в моей голове: «Что в райцентре опять новая партийная власть?» Вопрос совсем не праздный.

Потому что несколькими главами ранее автор рассказывал, что на смену старому пришел новый секретарь, что прежних секретаря райкома и заворга[4 - Заворг – это заведующий организационным отделом, очевидно, того же райкома ВКП (б)], допустивших перегибы в колхозном строительстве, выгнали к чертовой матери. С ним, с этим новеньким секретарем райкома, если меня память не подводит, Давыдов уже познакомился. В тот раз, когда в поисках нового секретаря натолкнулся на него в Тубянском колхозе. Тогда-то и состоялось их первое знакомство.

Если этот – тот самый Нестеренко, то почему сейчас-то они снова друг другу «церемонно» представлялись, почему прозвучали слова «вот и познакомились»?

Поломав изрядно голову, в больших сомнениях читаю роман дальше. И, оказывается, нет, не меня память подвела, а великого писателя Шолохова, который, видимо, запамятовал, что уже знакомил этих людей, а редакторы издательства постеснялись подсказать великому и гениальному автору.

Погуляв изрядно по полю, даже поборовшись зачем-то, поговорив о высоких материях, о духовном, то есть о книгах для избы-читальни, услышав упрек от Нестеренко (дескать, председатель должен не пахать вместо людей, а руководить ими), Давыдов восклицает:

«Но ты сам на тубянских полях гонял на лобогрейке!»

На это Нестеренко досадливо усмехается:

«Я в Тубянском проработал несколько часов, чтобы познакомиться с народом…»

Снизошло на Шолохова озарение, и он вспомнил-таки, что руководители уже знакомы.

И это не единственная авторская несуразица.

В этой же главке, например, я имею право поставить и еще один вопрос: судя по предыдущим главам романа, колхоз не только отпахался, а и отсеялся; Давыдов и его колхозники ждут не дождутся, когда будет первый дождь, появятся первые всходы и они, то есть всходы, после обильного дождя проклюнулись-таки.

А здесь? Бригада все еще пашет? Если это весновспашка, то уже сильно поздно.