Моменты из жизни Господина Чернильникова

Капиталина Зосимовна тут же повернулась и достала карты:

– Сколько случаев-то было, что они, старики, еще теми разбойниками бывают… А он очень порядочным человеком оказался. Ну… И любовь потом пришла. Наташенька вот родилась. Ей еще и десяти не исполнилось, как он умер. Все хозяйство мне перешло, – рассказывала Капиталина Зосимовна, раскладывая карты.

Наталья Петровна с какой-то особой счастливой и умиротворенной грустью смотрела в окно на пушистые ветки сосен.

– Ох, хорошим он был мужем и отцом.

Насмотреться на него не могла. Был бы только вот чуть помоложе… Еще бы и внуков понянчил, – вздохнув, Капиталина Зосимовна сложила карты в колоду.

– Прошу простить меня за мое любопытство, – начал я, – можно ли мне поинтересоваться, что вы только что делали с картами, Капиталина Зосимовна?

– Раскладывала пасьянс, Господин Чернильников, – ответила Капиталина Зосимовна и вновь стала раскладывать карты.

– Ох, Господин Чернильников… Она постоянно раскладывает его! – воскликнула Наталья Петровна, согнав с себя всю ностальгию, с которой она смотрела в окно.

 – Как-то раз мы с моим мужем приехали к ней в гости, и как всегда застали маму за раскладыванием пасьянса. Я поздоровалась: «Здравствуйте, мама», – а она мне с удивлением: «Пасьянс показал, что вы сегодня не должны приехать».

Мы рассмеялись. Действительно забавная ситуация.

– Вот вам смешно, а одному графу пасьянс спас жизнь, – сказала Капиталина Зосимовна.

– Как же это так? – спросил я.

– А вот… Рядом с моим поместьем жил в своем роскошном поместье граф. В один из дней, когда я сидела в беседке в своем парке, приходит ко мне слуга и говорит:

– Капиталина Зосимовна, граф Лаврентий Максимович Щукин изъявляет желание совершить променад по вашему парку.

Отказать ему, конечно же, я не могла. Мы соседи и хорошие знакомые уже долгое время.

– Конечно. Пусть наслаждается прогулкой. А после попросите Лаврентия Максимовича ко мне в беседку, – говорю.

Слуга меня послушал, и буквально через минуту на пороге беседки появился Лаврентий Максимович.

Посмотрев на него, я испугалась. Он был осунувшийся… А эти грустные глаза, которые не посещал сон уже несколько дней! Просто тень, а не человек!

– Боже мой, Лаврентий Максимович, что с вами стряслось?! – всплеснув руками, спросила я.

После того как Лаврентий Максимович элегантно поклонился и поцеловал мою руку, я пригласила его сесть и рассказать все, что случилось.