Пустыня

Ещё вчера утром я и предположить не мог, где и с какой миссией мне сегодня придётся побывать. Шансы на успех знакомства и благоприятный исход беседы с Иваном Петровичем были и пока ещё оставались невысокими. Но вариантов у меня нет. Ждать возвращения Татьяны я не могу, я сойду с ума раньше. Дополнительное время на подготовку мне также не требуется, и отсрочка ничего не изменит, всё, что могло произойти, уже свершилось. И я должен действовать. Результат нашей встречи определит мою жизнь на ближайшие сто лет.

А с мамой, Ольгой Николаевной, я познакомился пару месяцев назад, и нежной дружбы между нами не возникло.

– А чем вы занимаетесь в жизни? Кто вы? – спросил он.

Пока всё шло почти по плану, составленному мной безумной и бессонной ночью накануне. К таким вопросам я готов.

– Я руковожу отделом управления проектами. В международной консалтинговой компании. В основном занимаюсь взаимодействием с клиентом, планированием и организацией работы, оптимизацией использования ресурсов, – продекламировал я преамбулу должностной инструкции.

– И что же вы организуете?

– Строительный надзор, сопровождение проектов, внедрение международных стандартов. И ещё наша компания занимается локализацией и продажей программного обеспечения.

– Стандарты – это хорошо, – похвалил он. – А о чём стандарты-то?

– Разные. Системы проектного менеджмента, управление качеством, эйч ар[1 - HR (Human resources) – управление персоналом.]. Кроме того, готовим аутентичные переводы, выпускаем руководства и комментированные нашими юристами сборники стандартов и правил.

– Переводы?

– Да. Это тоже.

– Что ж, это тоже хорошо, – он словно поддразнивал. – Стало быть, языки знаете. Так чего вы там переводите?

– Руководящие документы, рекомендации, директивы – еэсовские и айсовские.[2 - От ЕС – евросоюз и ISO (International Standard Organization).]

– И что же дают эти ваши, как там, эсэсовские стандарты? – старику, как мне показалось, на самом деле безразлично, что и кому они дают, и, кроме того, он намерено исказил аббревиатуры, которые ему также должны быть известны, с тем, чтобы выказать своё отношение к моей профессиональной деятельности.

Люди старшего поколения часто негативно относятся к подобного рода работе, считая консалтинг получением денег из воздуха и лукавством. Если я правильно расслышал презрительные нотки в тоне профессора, то сейчас прозвучит: «Синекура», или что-то вроде.