Геройство улучшает жизнь?

Я резко повернула голову к потолку, чтобы дать себе понять, что это всего лишь моя фантазия. Но движение не то, что остановилось, оно ускорилось, и молекулы стали складываться в силуэт девушки.

Я вскочила на кровать и забилась в угол.

– Успокойся! – приказала я себе тихим голосом, – Просто не смотри в потолок и засни! Когда проснёшься, поймёшь, что ты просто слишком многое пережила».

Я улеглась на кровать, накинула сверху одеяло и закрыла глаза. Ни что не помешает мне уснуть. Даже это настойчивое постукивание в плечо.

– Ты обиделась, да? – спросил кто-то голосом отца.

А может это и правда отец? Я приоткрыла один глаз. И правда, это был мой отец. Я откинула одеяло и села на краешек кровати.

– Нет, – ответила я отцу обиженным голосом, а сама стала искать тот силуэт.

Никаких девушек не увидела. Фу, галлюцинация. Что-то зашевелилось на пуфике, что стоял дальше всех. Отец заговорил что-то про раскаяние и прощение, но моё внимание было сосредоточенно на девушке, что сидела на моём пуфике.

Ох, какая странная галлюцинация. Разноцветные глаза: голубой и зелёный. Присмотревшись лучше, я поняла, что зрачок у зелёного глаза – продолговатый как у кошки. Усы как у кошки (чёрные). На одном ухе серьга (или клипса?) в виде потягивающейся кошки. Ну, прямо девушка-кошка.

В моей голове сложились множество вопросов, но один из них можно было проверить прямо сейчас. Увидит ли её отец? Я решила проверить. Я встала и пересела на пуфик, что стоял ближе к пуфику с девушкой.

Отец не обратил никакого внимания и только заговорил, о том, что он все исправит и будет уделять мне гораздо больше времени.

И если я захочу, то и денег.

Я улыбнулась, вспомнив, что ни того, ни другого он мне последние два года вообще не выделял, и твёрдо ответила, заглянув отцу прямо в глаза:

– Раньше надо было думать, папа. Я уезжаю к брату.

– Зачем? – возмутилась кошка, а отец печально спросил тоже.

– Чтобы жить нормальной жизнью – ответила я зачем-то девушке-кошке.

Она удовлетворительно, но неуверенно кивнула

– Думаешь, я не понимаю, что пройдёт год-два, и ты найдёшь себе новую «маму», – ответила я отцу.

– Я обещаю, что этого не произойдёт, – сказал отец.

Я вздохнула. Раньше надо было думать папа. Но я ещё подумаю над этим вопросом.

А сейчас мне надо заняться этой девушкой. Я стала изучать её. Она вроде была телесная в отличие от призрака. На ней были порванные джинсы с завышенной талией и ярко-розовая футболка.