Музыка сердца

Планировалось вывести на сцену искусственного слона и настоящего белоснежного коня, на котором Фаринелли должен быть восседать в роли Александра. Не знаю, было ли случайным это совпадение, но я теперь обращалась к Карло не иначе, как Великий Александр и как никогда чувствовала себя настоящей Роксаной. Риккардо специально включил в оперу исключительную по красоте и сложности арию «Qual guerriero in campo armato», зная, в какое неистовство приходит публика, слыша ее в исполнении Фаринелли.

Карло легко читал партитуру с листа, поражая способностью воспроизводить все сочиненные братом пассажи в течение более чем двух часов.

Однажды я застала его во внутреннем дворе поздним вечером, когда все уже лежали в постелях. Он исполнял божественную арию с невообразимо высокими нотами, и голос его, резонируя с каменными стенами дворца, приобретал немыслимую силу, вызывая дрожь. Воистину в эти минуты в него вселялся божественный дух! Я застыла в оконном проеме, заворожено внимая этим неземным звукам, и не сразу заметила, как за моей спиной остановился Риккардо. Он всегда вызывал во мне смесь неприязни и ощущения опасности, о которых прекрасно знал и пользовался этим.

Вздрогнув от его неожиданного появления, я обернулась со словами:

– Не правда ли, это гениально?! Ты слышал… эти высокие ноты, которые достигают неба?

– Безумец! ? зашипел он в ответ и, отпихнув меня от окна, закричал: ? Карло, что ты делаешь на холоде? Ты потеряешь голос!

Он как всегда говорил тоном, не подлежащим обсуждению, Карло опустил голову, минуту постоял и вошел в дом.

Когда он поднялся по лестнице, по выражению его лица я поняла, что начинается очередная ссора. Эта их извечная борьба, старшего и младшего, формы и содержания, обострившаяся в последнее время, что немало огорчало меня. Пытаясь защитить своего Карло, я встала между ними.

– Никогда не мешай мне, ? процедил младший Броски старшему.

– Я забочусь о тебе, или ты настолько глуп, что не понимаешь этого?

– А я не нуждаюсь в твоей заботе!

– Ошибаешься, братец, без меня ты ничто! Ты ? мой голос, просто хорошо настроенное выражение моих мыслей, моей музыки!

– Риккардо! ? я не выдержала и готова была заплакать или расцарапать его гадкое лицо.

Карло удерживал меня за плечи дрожащими руками.

– Твоя музыка ? это просто жалкий набор нот, а я не машина для пения! ? сказав это ошеломленному Риккардо, он скрылся в своей комнате, захлопнув дверь.

– Риккардо, я не понимаю тебя! ? меня всю трясло.