На круги своя

Горы, поля, леса, реки являя собой постоянство давали пищу, кров, тень, влагу. Всё, что окружало человека, не имело начала и не имело конца. И, только сам человек, да окружающие его животные и растения рождались и умирали. То есть, были, как бы обречены на начало и конец существования. На начало бытия и его завершение. В то время как всё окружающее являло собой безконечное бытие.

Мог ли пытливый человеческий ум, сумевший оторваться от чисто животных, зоологических, помыслов, смириться с мыслью о том, что, в конечном итоге и его существованию, БЫТИЮ, придёт конец? Окружающая его действительность, говорила как раз об обратном.

На смену ночи приходит день, холод сменяется теплом, а на смену теплу вновь приходит холод. Солнце, уходя за горизонт в одной стороне, появляется и восходит на небосклон, опять же, хотя и в другой стороне. «Умирает» в одном месте, «рождается» в другом. Но всегда в том же. Всё имеет своё начало и свой конец. И вместе с тем, периодичность, с неизменностью повторяющихся явлений, в своей совокупности, безконечна.

Мысли рождённые совокупностью явлений природы приводили к выводу о том, что и человек умирает только для того, чтобы вновь родиться.

Ещё не совсем отделяя себя от природы, а точнее, чувствуя себя её частицей, человек автоматически переносил череду её явлений и на себя. Но, поскольку новое рождение ранее умершего, констатировать как неоспоримый факт, было невозможно это и привело к мысли о том, что умерший, новое своё существование начнёт где – то в ином, недосягаемом – для «ныне» живущих – мире.

Так, или иначе, но человек стремился обезсмертить окружающий его растительный и животный мир, а заодно и самого себя. Не из упрямства или неверия в конечность существования, (безконечное небытие), всего живого, а следуя логике окружающей его действительности.

Да и мы, современники двадцатого века, отвергнувшие все религиозные толкования о происхождении окружающего нас мира, не можем, да и не хотим соглашаться с мыслью о смерти, (небытии). И, главным аргументом в споре является мысль о том, что не могла природа создавать и тут же уничтожать созданное ею. Если в природе всё разумно устроено, то рождение и смерть наинелепейшая бессмыслица. И вместе с тем это реальность, от которой невозможно просто отвернуться.