Сборник для чтения долгими зимними вечерами

Изогнутые стволы держали, словно в ладонях, медленно стекающую прозрачную, как слезу, вишнёвую смолу. И казалось, что над деревьями незримо парит, словно шёлковая вуаль, облако вишнёвого аромата.

Мама Макса вышла навстречу сыну, приветливо махнув ему рукой с порога. Он махнул ей в ответ. Макс познакомил Ирму со своей мамой, и та пригласила их к столу. Завтрак был накрыт в гостиной. Вся комната была украшена резьбой по дереву: стол, стулья, потолок, даже по стенам сползала витиеватая мелкая резьба, а на камине стояли деревянные игрушки, которыми в детстве играл Макс.

Как оказалось, резьбой увлекался отец Макса, пасечник Михель.

После завтрака, Макс предложил Ирме вместе с ним пойти собирать мёд. Он принёс ей защитный костюм. И, когда Ирма оделась, они отправились в пчелиное царство.

После обеда Макс и Ирма взобрались на холм. Он набрал ей целую охапку цветов. Ирма сидела на покрывале, а Макс молча лежал рядом, и, прищурив глаза от солнца, наблюдал, как она неторопливо плетёт венок.

Когда венок был готов, Ирма одела его себе на голову и хотела встать, но не смогла, она отсидела ногу, и стала смеяться:

– Что с тобой? – удивлённо спросил Макс.

– Ай, отсидела ногу, и теперь по ней бегут мурашки, и мне смешно! – объяснила она ему свой внезапный смех.

Он сел и стал массировать её ногу своими тёплыми, сильными руками. Она замерла на одно мгновение, но потом вскочила и побежала от него по склону.

Макс побежал за нею следом и, догнав, обнял, она закрыла глаза, и он поцеловал её.

Вечером Макс отвёз Ирму на ферму. Он зашёл вместе с нею в гостиную, чтобы поздороваться с домочадцами. Ирма представила Макса сестре и друзьям. Братья встали из-за стола, чтобы пожать ему руку. Альберт предложил Максу остаться на ужин, но тот сослался на то, что его мать осталась дома одна в поздний час, и обещал принять их предложение в следующий раз.

Ирма послала уходящему Максу воздушный поцелуй в окно и присела за стол ужинать.

Разговор, который прервался из-за прихода Ирмы, продолжился дальше.

– Так куда же ты будешь поступать, Констанц, после Гимназии? – спросил Франц, передавая Ирме чашку с горячим чаем.

– Знаете, я в детстве бывала в ткацком цеху на фабрике у отца и решила для себя, что после окончания Гимназии обязательно попрошу родителей разрешить мне поработать один год на ткацкой фабрике.