Краски года времен. Сборник поэзии и прозы

Она благотворила продавца бакалеи Ивана, москвича у которого было пять детей и двое внуков, которому было пятьдесят семь, но работал и двигался так, что мог ему позавидовать любой молодой.

Ах, Иван-южан, пчела-ты, на месте не постоишь, все бегаешь и бегаешь! Отдохни,,чаю попей!

Но тот улыбался до ушей беззубой улыбкой, махал рукой и в вприпрыжку тащил товар в зал.

А баба Мотильда смеялась и кричала в догонку: Так там у тебя сзади пар или песок дымит… Что то видно плохо.

Иван бывший журналист, правда посредственный, никогда этим не кичившийся, но в свободную минуту нет нет да удивлял Матильду стихами собственного сочинения…

Матильда слушала с наслаждением, а потом обязательно заводила разговор на тему приказавшего долго жить Союза: Большая коммунальная квартира была! Кому плохо было? Зачем все по отдельным разбежались, замков понаставили, стали хаять старое и ненавидеть бывших соседей.

Кто мы стали без России? Это ж как море огромная она, а мы иностранцы экс-советские, реки-притоки ее. Свободные, но нищие и безродные, ибо родная земля мать, а отец мощь и слава Российская… А от него то нас и отлучили! Историю переписывают, врут народу, славят свободу, а она гнет кучки богатеев,

отчего в революцию и ушли. Романовы по крупице эти земли подчиняли и собирали, а тут раз все-счастье… Может и так, но инструкций, как им пользоваться не дали. Видишь сколько народу в вашей Москве, весь бывший Союз за лучшей долей и советом к отцу родному прибыл.

Не каждый находит то, что ищет, но боль свою лечит… Или злобится и становится шайтаном, которому нигде места нет.

Вот сейчас веру призвали, дескать верующий человек не может быть плохим. А я так скажу: «Перечеркнули историю, откуда вере взяться. Нет в ней души, одни обряды, что мертвы в пустоте, что в головах. А если пустота-так как же молитва до небес дойдет. Душа, сердце и память-вот вера. Душа черства, сердце больное, память ластиком стерли… Чем, Аллах, поможет!»

Конечно же Матильда, бабушка разносторонняя и рассуждениями об бывшем СССР ее внутренний мир не ограничивается:

«Вот знаешь, дорогой Иван-джан,

магазинов в Москве много, заводов не стало… Все магазины похожи на краеведческие музеи, красивые стены, экскурсоводы опытные, но лица у них нет.

Все на друг друга похожи. А почему? Экспонаты-копии того, что в соседнем музее.