Никто не ангел. Рассказы и повести из Владивостока

Летом, в тихую погоду, мальчишки рыбачили, благо червей в огороде – хоть лопатой греби. Зимой небольшие гладкие участки моря использовались как каток. А иногда по выходным в гости к дяде Лёше приходили друзья по морскому училищу, и тогда они катались по заливу на буерах – лодки с парусами скользили по замёрзшему Амурскому заливу на трёх наточенных коньках.

И, в общем, детство Павла можно назвать беззаботным и счастливым. Отчим не буянил, не обижал, выпивал умеренно, приучал мальчишку к труду и рассказывал моряцкие байки.

– А знаешь ли ты, Павлуша, как называется животное, у которого есть сумка на животе? – спрашивал дядя Лёша у засыпающего мальчика и начинал повествование про экзотическую Австралию.

Что-то из рассказов запоминалось, а что-то заходило в сны – с белыми барашками на зелёных лужайках, с говорящими попугаями, с необычной красотой заморских городов. Где стоит лето, когда у Павлика за окном – зима.

3

Талант у Павла заметила учительница. В третьем классе она посоветовала маме отдать ребёнка в художественную школу.

– Посмотрите, ваш мальчик выбирает необычные сочетания цветов. И у него врожденное чувство пропорций: он располагает объекты на листе в точном соответствии с их масштабами, – после родительского собрания учительница показала матери работу Павла.

Мать пожала плечами:

– Ну, вижу, это кот. Что тут необычного? Такого вообще не бывает – жёлтый кот с красными лапами. Где вы такое видели?

– Знаете, Валентина Семёновна, в жизни такого кота может и не быть, а вот в воображении вашего сына – запросто.

Поверьте, у него есть способности. Будет жалко, если вы не станете их развивать.

Мать молчала, чтобы не сказать чего-нибудь лишнего.

– Ну, как хотите, – учитель с сожалением закрыла альбом. – Я могу вас понять, это лишние хлопоты. Но если вы все-таки решитесь – рекомендую вам самую лучшую художественную школу в городе. Она недалеко от вокзала, мальчику будет удобно на электричке добираться.

По стечению обстоятельств завод, куда устроился Павел после окончания факультета живописи в институте, и последующей службы в армии, находился в том же районе.

Однокурсники посмеивались над Петровым, называли его «маляром шестого разряда». Но смешного в этом не было ничего. Между прочим, по шестому разряду малярам доверялись такие сложные работы, как художественная отделка кают класса «люкс» на пассажирских судах. Своего рода высший пилотаж в профессии – это ему заводские коллеги объяснили.