Комикс про то, чего не было… Часть первая

 —Вот сожгут эти разбойники синагогу и попрут тебя отсюда, – мечтательно закатила глаза коричневая жаба, ставшая почему-то зеленой, как будто ей очень хотелось, чтобы с Иосифом случилось что-нибудь ужасное.

– Да ладно тебе! —вступился за раввина кто-то мохнатый. Вроде не заяц и не лисица. В общем, непонятно кто. —Ему Каифа такой сюрприз приготовил, что он и без твоей помощи…

И не договорил, подлец, на самом интересном месте лопнул. Как мыльный пузырь.

– А недопитое вино в погреб убрали? —вдруг спохватился кто-то, у кого никакого голоса да, впрочем, и тела тоже не было.

– А я тебе говорю, дурак, что нехорошо девочке мужское платье надевать! – продолжал спорить с кем-то рот без головы, который Иосиф услышал почему-то только сейчас. Может, он что и раньше говорил.

– И рано еще ей с Михаэлем целоваться! —подпела безголовому рту жаба, вновь ставшая коричневой. —Они в хлеву целуются, я видела.

– Что ты там видела? Ты же слепая! —встрял в разговор тот, кого здесь не было, но кто об этом не знал, кто просто всем снился.

– Совсем уже стыд потеряли! —продолжала кипятиться жаба…

Мысли раввина не просто спутались, они начали меж собой ссориться и завертелись вокруг головы облаком рассерженных ос. Иосиф давно уже забыл, какой сейчас день, что на дворе вечер и нужно хотя бы попытаться выбраться на воздух. Напоследок его гулкий пустой череп, словно это была выеденная муравьями высохшая тыква, бледно изнутри осветился.

– А ведь ты испугался его раньше, чем он сюда вошел.

Последняя трезвая мысль, как потревоженная головешка в гаснущем костре грустно вспыхнула и погасла. Теперь уже насовсем. И тогда зажегся черный свет. Пока еще нестрашный. По опыту Иосиф знал, что по-настоящему черным он станет позже, когда он горлом почувствует Ее приближение и его затошнит.

– Господи, как противно знать наперед, что случится…

Тень неуклюже влезла через окно, отряхнулась, поправила платье и встала рядом, в двух шагах от раввина, прислонившись к колонне.

Иосиф мог дотянуться до нее метлой. Правда он Ее не видел. Только слышал, как Она переминается и чешется спиной о деревянную колонну. Ждет. Не Иосиф, – он уже мало, что соображал, – а, кажется, тот рот, что существовал сам по себе, громко повторил, что недавно здесь кто-то чего-то испугался, но раввин уже не понимал, что означают эти слова. Точнее, смысл каждого слова в отдельности был ему понятен, вот только в одно предложение они никак не складывались.