Угнетение

А когда не получается – грустно затыкать этому человеку рот и все равно не осмеливаться даже в мыслях побыть собой…

А где я вообще настоящий? В душе, когда под холодной водой стою расправив руки и как мне думается наслаждаюсь жизнью, настоящей;

В постели, где я ощущаю себя богом, где я держу в руках всю полноту своей власти, где я подчиняюсь лишь Морфею и притом с радостью;

А может быть за письменным столом, среди мусора, книг, кружек и бумаги, пытаясь вывести эти строчки?

Но ведь все эти книги, ручки, бумажки и кружки мне не принадлежат и никогда принадлежать не могут:

Они чужие, они инородные и между ними я чувствую себя некомфортно,

Как будто бы я и вправду ребенок, которого мама оставила в незнакомом месте среди незнакомых людей.

Я сижу на стуле и думаю что я могу сделать но не получается придумать ничего.

А в голове повис тяжелый туман, опускающий сознание на самое дно черепной коробки, прижимающий его и унижающий.

Я не могу делать чистые дела потому что не хочу, потому что есть еще несделанные дела важные.

Но и их я делать не могу потому что мне кажется что не достиг нужного состояния миропонимания.

И получается так что я просто сижу перед сине-белым экраном, слушаю музыку и стараюсь не думать что уже начало хорошо получаться…

    Февраль 2016

Сэцубун

Уже где-то

Пришла весна,

А я здесь

Поедаю

Запасы своей души.

Как медведь,

Я сплю

Мой дух спит,

Чувства спят,

А надо просыпаться…

Мне хочется

Заснуть,

А проснуться

Писателем,

Которого признали.

Усложняю себе дорогу,

Ищу неприятности,

Забываю про красоты —

Сразу видно,

Что я не взбираюсь на горы…

Я выжат, я пуст,

Каждое слово

Приходится где-то ловить:

Из нутра

Не идет ничего.

Хотелось бы мне

Быть вишней,

Чтобы сейчас

Зеленеть почками.

Но я человек…

В феврале

Хочется умереть.

Для защиты

Пропадают чувства,

Пропадают слова…

    Февраль 2018

Апология бездеятельности

Оправдывать существование только тем, что дышу:

изолировать остальные органы, мышцы, сознание, сердце, душу —

стать легким: то надувающимся, то сдувающимся сгустком мяса.

Ворочать свое тело, перетаскивать его тяжесть с одного места на другое:

так тяжело выполнять эту вечную рутину, чувствую себя

шахтером на шахте, добывающей грязь, который пытается устроить забастовку, но никто его не слышит.