Банкир. Книга четвертая: Большой Договор

На него он и кивнул Заю: «Ложи сюда!». И, уже не проверяя, как точно выполняется его распоряжение, Мастер пошел к стене, не украшенной ничем. Он практически обнял ее, прижался всем телом, максимально разведенными руками так, что на какое-то время почувствовал себя единым целым со всем зданием; прежде всего со стенами, в толще которых с немыслимой скоростью принялись носиться микроскопические огненные Руны. Они обжигали не прикрытые костюмом участки тело; больше того – словно массировали его, привнося с каждым уколом маны какое-то успокоение.

И парень, чуть расслабив скрученное до сих пор в немыслимом смятении тело, послал навстречу плетениям тоненькую ниточку маны, вспомнив к месту девиз, которому учили Маугли мудрые учителя: «Мы с тобой одной крови – ты, и я!».

Руны откликнулись было еще более ласковыми уколами энергии, но все их перекрыл громкий панический вопль Надежды:

– «Саша! Саша, это ты?! Сашенька, милый, вытащи меня отсюда! Я домой хочу!!…».

– Сейчас она скажет: «К маме!», – с доброй усмешкой подумал Мастер, и тут же едва не оторвался телом от стены – столько тоски было в негромком теперь вопле Наденькиной души:

– «Домой хочу, к маме…».

— Поможете? – спросил Александр, отстраняясь от всех посторонних эмоций, и обращаясь к Рунам Ушедших.

– «Конечно, брат!».

Очевидно, что-то в мане самого Мастера было записано на столь микроскопическом уровне, что даже он сам не мог это разглядеть. Это была информация о действиях, где Саша оперировал своей маной; прежде всего тех действий, где он шел в наступление в «одном ряду» с рунами, оберегающими трактир «У веселого тролля».

На таком уровне общения обмануть искусственные, но такие отзывчивые разумы плетений было невозможно. Рун в мраморе – в той его части, которых касались ладони мастера, стало больше; настолько, что Ментальному мастеру стало больно смотреть туда. Но с командой: «Вперед!», – он не спешил. Саша сейчас совсем не горел желанием подселить к Джесси квартирантку. Да и вообще – о такой «помощнице» он не то что не мечтал…

– К тому же у тебя, Наденька, собственная «квартира» имеется.

Вон – ждет тебя на столе. Так что…

Теперь разум Мастера, отрешенный от сомнений, холодный, как у хирурга перед сложной операцией… действительно выдал команду, какую мог произнести какой-нибудь практикующий профессор в своей операционной; только сейчас в Сашином сознании промелькнул образ такого профессора, какими их обсмеивают в анекдотах.