Юноша, женщины и пёс Юрик

И ее считают очень талантливой. А это предполагает большую работу с инструментом и над вокалом. Любовный роман может ее отвлечь, помешать достичь совершенства. А потому, как ей ни жаль, она должна оборвать их отношения и расстаться с Петей. Да и тому сейчас следует думать не о любви, а о том, чтобы наконец поступить в вуз.

Это был еще один удар, усугубивший Петино жизненное фиаско. Петр, конечно, понял и то, что Лана ему не сказала: она не видела в нем опоры. Наоборот, это он нуждался в настоящее время в поддержке.

А она не хотела отвлекаться на барахтающегося в своих проблемах юношу, хоть он и был ей симпатичен. Осознав эту подоплеку сказанного, Петя не стал с Ланой спорить. Он был горд и хотел, чтобы его ценили.

«Придет время, и она будет жалеть о том, что оттолкнула меня!» – подумалось молодому человеку. Хотя твердой веры в такой ход событий у него, конечно, не было. Но он принял решение держать удар. Тем более что некоторый опыт общения с женским телом он на этом свидании приобрел.

А в семнадцать лет это тоже чего-то стоит.

Поэтому Петя с улыбкой встал со скамейки, галантно предложил Лане опереться на его руку и повел ее домой, на Полянку. По дороге он рассказывал про окружающую их старинную архитектуру, вспоминал весьма кстати анекдоты. Он вел себя так, как будто не обратил внимания на ее отповедь. И был, что называется, в ударе. Лана то затаив дыхание слушала его рассказы про драматические события, разворачивавшиеся в больничных корпусах на этой территории в войну 1812 года, то хохотала над комичными ситуациями, происходившими с ним и его школьными друзьями.

Около станции метро «Добрынинская» он купил ей букет и шоколадку. А у дверей дома начал церемонно прощаться, подводя черту под их отношениями.

– Петя, я уже жалею о том, что тебе наговорила! Я поняла, что ты значительно лучше и нужнее мне, чем я думала. Не пропадай, пожалуйста! Я переоценила свою решимость с тобой порвать.

– Я подумаю, Лана, что из тобой сказанного тогда и сейчас мне принять к сведению! – рассмеялся Петр.

Он наклонился к ней, а она подставила ему свои губы, обняла и наградила долгим поцелуем.

– Вот это тоже прими к сведению! – воскликнула Лана, оторвавшись от юноши, и нырнула в свой подъезд.

Петр отправился ночевать на московскую квартиру, находясь по понятным причинам в некотором смятении. Отчасти он был доволен собой и понял, что правильно повел себя с Ланой.