Лекарство для Маши

Жить поначалу пришлось, как и полагается гастарбайтеру, седьмым в однушке с тараканами в мойке. Русскому человеку не привыкать к скромности в быту, по крайней мере, не переучиваться. Если в тюрьмах Родины сделать условия чуток получше, то для половины страны разница со свободой полностью нивелируется.

В отличие от остальных великих писателей, я не скрываю своего меркантилизма. Возможно, стыжусь, но не скрываю. Да, я хотел заработать столько, чтобы никогда больше не ходить на работу. Это желание вполне характеризует каждого первого и последнего, в кого ни ткнем мы грязным вонючим пальцем!

Ездил я по городу с бобинами проводов, кучей разъемов, переходников, модемов, тюнеров, роутеров и прочего говна.

Компьютеры и телевизоры человечьи настраивал. Столовая – на заднем сиденье, туалет – на заднем сиденье, случился половой партнер – добро пожаловать на заднее сиденье, перерыв в работе, вечерняя или ночная заявка, можно поспать, – а вот это уже удобнее на переднем.

Москву по приезду я не знал совсем.

Пошел стажироваться с тульскими ребятами, там их человек десять работало. Мне показали дорогу, по которой надо ехать на заявки, сказали:

– Это Ленинский проспект, на нем стоит памятник работы Церетели, его Колян к интернету подключал.

– Памятник подключал? – не врубаюсь я.

– Да какой, нахуй, памятник! – мужика, Церетели подключал. Он где-то там живет неподалеку.

– Колян? – не могу поверить я, – наш Колян?

– Ему везет на знаменитостей, он же «по Твери» работает.

– Как это? – снова не понимаю я.

– «Тверь» – район Москвы, Тверская, бульвары, Петровка 38, Садовое кольцо, центр.

– В Москве Садовое кольцо есть? – искренне удивляюсь я.

– Садовое, Якиманка, а еще Новый Арбат, где живет Наташа Королева, со своим Тарзаном. Колян их тоже подключал. Они пили кофе в лоджии и тащились на свой плакат, висящий через дорогу.

– Чё за такая Наташа Королева? – хочу спросить я, но только многозначительно киваю и задумываюсь.

Через неделю выматывающей стажировки решаю работать один.

Нужны деньги. Первый день, и сразу облом – шесть заявок «на Твери», фаршированных дополнительными услугами. С горем пополам делаю две из них. Выхожу со второй, смотрю на часы – 10 вечера. Долго не могу найти, где развернуться на этом гребаном Садовом кольце. В итоге какой-то мужик показывает мне дорогу. Глубокой ночью приезжаю на квартиру. День кончился.

– Ну что, увольняешься? – испытующе спрашивает Колян – знаток человечьих судеб.