Так кто тут хомо сапиенс?!

Казан чертовски устал за этот вечер: хозяйка долго разговаривала о каком-то Антошке, а каком-то Генри, стучала полночи по клавишам компьютера, без конца носилась на кухню и заваривала кофе, наконец, окончательно «ущёлкавшись», отвалила спать.

Генри не спал в ту ночь… Совсем не спал. Его снова принесли в квартиру к пойнтеру. Он лежал в коридоре под дверью и, наверное, думал: я никому на свете не нужен, наверное, лучше умереть. Вот и эти тоже подержали у себя и снова отнесли к прежней хозяйке, а та – вернула сюда, что же я делаю не так, ведь любил всех, так старался быть лучшим… Генри прикрыл глаза.

Утром он оказался кушать, а после прогулки молчаливо лежал у порога. Татьяна Николаевна ушла в больницу на сутки. Он собирался умереть.

Ближе к вечеру невестка Татьяны Николаевны принесла сумку, посадила в неё Генри, достала два оставшихся ещё от старых времен комбинезона Генри и поспешила на улицу. Они спустились в метро. Там было шумно, душно и страшно. Кто же знал, предполагал, что там, внизу, произойдёт ещё одно страшное предательство.

Невестка Татьяны Николаевны передала сумку с Генри в руки незнакомой женщины, от которой пахло большой страшной собакой. Генри сжался: «Это конец…»

Но злоключения ещё не кончились, женщина крепко прижала к себе сумку, попрощалась с невесткой Татьяны Николаевны, уверенно вошла в вагон. В этот миг Генри понял, что именно сейчас оборвалась последняя ниточка, связывающая с дорогими ему людьми. Впереди ждала страшная неизвестность.

Ему стало жарко.

Тётка давила жаркими и нервными руками сумку, в которой он сидел. Генри высунул язык, тяжело задышал, попробовал выбраться из переноски, не тут-то было: противная тётка держала его как клещами. Наконец, они вышли из вагона и пошли по переходу в метро. Генри уже начал подумывать: если несут куда-то, может, не убивать?! Может, это новая хозяйка?.. Но она ведь совсем не умеет обращаться с йорками. Больно давит руками, не понимает, что мне плохо, явно нервничает. Задумала что-то плохое?. .

Через пару минут незнакомая женщина передала сумку с Генри какой-то девушке, которая понравилась Генри куда больше. Она весело смеялась, стала гладить пёсика по голове, расстегнула сумку, заметив: «Ему жарко!.. Он измучался, бедный, потому и дышит так тяжело».

Потом Генри долго ехал в метро, но уже не в сумке: добрая девушка вытащила его, взяла на руки и нежно гладила. Из метро пёсик вышел сам, на своих лапах, так и отправился к новой хозяйке.