Дорогой дневник, я влюбилась в его спину!

В отличие от людей, раздраженно стирающих пот с лица и жалующихся, что солнце стало злым, я подставляла лицо под его палящие лучи.

Дорога заняла у меня минут тридцать. Подходя к подъезду, я бросила взгляд в тень деревьев, где вчера стояла машина Кирилла, но ее там не оказалось. Значит ли это, что его нет дома? Я испытала одновременно облегчение и разочарование. Облегчение потому, что мне не придется краснеть и трепетать под его взглядом, а разочарование… нет, не потому что не увижу его, я отгоняла от себя эти дурацкие мысли.

Все дело в том, что я зря готовилась, столько времени и сил потрачено, чтобы остаться незаметной. И все зря, он даже не увидит моих стараний. И если вы скажите, что в этом нет никакой логики, я вам скажу, что вы правы! Даже пятилетний ребенок рассуждает логичнее, чем я в тот момент.

Катя встретила меня в дверях и на мгновение оцепенела. Осматривая меня с ног до головы, она то прикладывала руку ко лбу, то запускала ее в волосы, то закатывала глаза, то, словно не веря им, махала головой, но в итоге истерически рассмеялась.

– Если ты хотела свести меня с ума, у тебя получилось! – после немой истерики сказала она.

– Не понимаю о чем ты… – с невинной улыбкой ответила я.

– Все ты понимаешь! Уверена, этот акт насилия над моими глазами абсолютно намеренный!

– А по-моему милая кофточка…

– Да ты издеваешься…

Я рассмеялась над тем, как театрально она всплеснула руками и вошла в квартиру. Украдкой оглядываясь, я убедилась, что Кирилла дома нет, и снова почувствовала укол легкого разочарования.

К нам на встречу вышла Зинаида Васильевна:

– Аврорушка, здравствуй! А ты как раз вовремя! Я испекла вашу любимую с Катюшей шарлотку. Это конечно не именинный пирог, но все же… сейчас будем чай пить.

– Зинаида Васильевна, вы же знаете, ваша шарлотка вкуснее всех тортов мира! И самый дорогой подарок! – усаживаясь за кухонный стол, ответила я.

– Катюш, мы сейчас с дедушкой уедем на дачу, вернемся завтра к обеду, чтобы успеть все приготовить ко дню рождения.

Ужин готов, обязательно покушайте, когда Кирюша приедет, и закрывайте на ночь двери! – наставительно сказала Зинаида Васильевна.

– Ба, мы не маленькие, разберемся! – отмахнулась Катя.

В детстве мы с Катей часто сидели за эти маленьким столом и ели бабушкину выпечку. И сейчас меня охватило тоскливое чувство дежавю, словно детство ушло, а вместе с ним исчезнет и эта маленькая традиция.