Узнай, что значит быть мной… Мир создан так, чтобы в нём удобно было большинству. Мне неудобно – значит, я умру?

Осознав свое несовершенство и несоответствие родительским ожиданиям, я стал ещё более бояться что-либо делать. Мне срочно нужны были инструкции, как поступать в том или ином случае. Если до этого я ел сам, то сейчас боялся даже поднести кусок ко рту. Маме приходилось брать меня за руку и помогать мне держать ложку. Я ждал помощи от взрослых, чтобы они подсказали как это – правильно. Мама и бабушка мое подобное поведение расценили, как регресс.

– Ириночка, тебе нужно показать его врачу. Может таблеточки какие-то про пишут?

– Мама, если Витя узнает, что мы ходим по врачам, он действительно потребует развода.

– Без врача нам не справиться, доченька.

– Врач будет настаивать на признании диагноза. Тогда мы все равно придем к тому, что он, все таки, не гений, а душевно больной.

– Давай сходим к частному врачу, который подскажет – как нам воспитывать мальчика? – старуха перешла на быстрый шепот: – Послушай! Ладно сейчас, Витя сам запретил тебе отдавать Валерку в детский сад. Но ему ведь придётся пойти в школу.

Тут вряд ли твой муж оставит его сидеть дома.

– Школа… Да, тут ты права. Нам надо сделать с ним что-то до школы. С больным ребёнком на руках, в сорок лет, кому я буду нужна, если Витя нас выгонит… В конце – концов дрессируют ведь как-то животных?

Так началась эпоха большой лжи в нашей семье. Я уверен, что мама просто пыталась спасти свой брак от развода. Хотя они все равно потом развелись… Со мной.

Глава 5

Окончательно на наш визит к тайному врачу маму сподвигнул ещё один совместный праздник – Новый год.

В этот раз специальных сюрпризов особо не планировалось, однако для меня любая неожиданность была подобна внезапно разорвавшейся бомбе.

Одним декабрьским утром я проснулся и вышел из комнаты в зал. То, что открылось там моему взору, заставило меня улепётывать назад в свою комнату. С учётом того, что я тогда ещё и ходил – то запинаясь ногой об ногу, а тут побежал, можно понять, с какой силой меня гнал страх. Как мама не уговаривала меня выйти и рассмотреть получше причину моего испуга, я упирался, орал и не давал затащить меня в гостиную.

В конце концов мама прекратила свои уговоры, и подхватив меня на руки, вынесла туда, где теперь царило – это.

Оно было большое настолько, что я не мог охватить взглядом даже одной четвёртой его части. Оно было опасное, потому что из того куска, что попадал в сферу моего обзора торчали иголки. Тонкие, темно – зелёные, заострённые на кончиках.