Как найти своего мужчину

Они всегда – как одно целое, понимаете меня? Как будто соединенные чем-то – независимо от того, стоят ли они близко друг к другу, держатся ли за руки… Они – вместе… И взгляд их друг на друга – друг в друга… И что-то такое в этих взглядах – небесное, Божественное… Я не могу словами это объяснить… Но там, в них, любовь…

– Да какая любовь… – презрительно, опять как-то горделиво, как самый старший и знающий среди всех, сказал Пашка. – Ваш мальчик просто еще не трахнул вашу девочку. Вот и играются они – за ручки подержатся, в глазки посмотрят.

А когда дойдет до дела – все изменится. Он свое получит, она, если не дура, тоже свое получит, или, если дура, начнет его доставать своим: «Почему ты мне не звонил… А когда мы увидимся…». И вся любовь кончится…

Настя молчала, только какие-то горячечные, красные пятна вспыхнули на ее щеках. А Пашка продолжал все так же уверенно, категорично:

– Секс – это честно. И это лучше всех ваших выдумок о любви. Секс – это независимость. Встретились, доставили друг другу удовольствие – и все, и никто никому ничего не должен.

Понравилось, захотели еще – еще раз встретились. И никаких ваших: «А где ты был?.. А почему так поздно?.. А ты меня любишь?..». Любовь – это обуза! Это веревки и кандалы на теле свободного человека!.. – Пашка произнес это уверено и сильно, и был немного смешным в этой своей мальчишеской уверенности…

– Знаешь, Пашка, я тебя все же поколочу, – сказала Настя. Сказала уже спокойно, и почти весело. Как-то вдруг отпустила ее злость и желание «отстоять» любовь.

Что тут отстаивать, от кого ее защищать – от мальчишки этого еще неопытного, от юношеского его максимализма?

– Не буду я тебя колотить, Пашка, – сказала Настя. – Но вот когда полюбишь, когда девушку свою встретишь, любовь свою найдешь, тогда и поговорим – есть она, нет ее…

Пашка не ответил, только на мать посмотрел, которая стояла у стены, и что-то в лице ее было трагичное, горестное, как будто получила она сейчас какое-то плохое известие.

– Мам, – сказал он тихо, – ты тут приберешь, или мне… Спасибо, было очень вкусно…

И, как будто сглаживая, пытаясь снять напряжение, которое было во всей ее фигуре, лице, сказал:

– Спасибо, мам, не дала умереть голодной смертью…

– Иди, – тихо сказала Маша, и, отойдя от стены, начала прибирать со стола, привычно ставя все на свои места, оглаживая скатерть, поправляя салфетку под вазой.

Пашка вышел. И на кухне воцарилась тишина.