Мой дядя Пир-Будаг

А внутри страны с первого дня установления в России Советской власти поднялись мятежные силы внутренней контрреволюции во главе с помещиком имамом Гоцинским и его духовным единомышленником шейхом Узун-Хаджи.

Советское правительство бросило свои резервные силы в помощь народам Кавказа, поднявшимся на борьбу со всеми захватчиками.

В это смутное время под покровом ночи приехал Арслан-Бек домой с тяжелыми тюками, которые спрятал на сеновале. Дедушка очень встревожился, узнав, что там огнестрельное оружие. Он спросил у Арслан-Бека:

– Зачем тебе столько?

Арслан-Бек ответил:

– Оно понадобится для тех, кто примкнет к нам.

– К кому это к вам? – не унимался дедушка.

– Красным, большевикам. Одними кинжалами и шашками не обойтись…

Через день, выйдя из мечети, дядя Арслан-Бек сказал глашатаю, чтобы он объявил сход. Когда на площади собрался народ, дядя Арслан-Бек подъехал на коне, в черкеске с газырями, черной папахе, весь обвешанный дорогим оружием. Обратившись к народу, он начал говорить:

– Дорогие братья-мусульмане! В эти черные дни, когда жадные руки поработителей со всех сторон потянулись к нашим горам, мы не должны оставаться равнодушными и позволить надеть на себя новое ярмо чужеземного рабства.

Теперь, когда в русском государстве утвердилась народная власть, когда отобранные у богачей земли, фабрики и заводы отданы крестьянам и рабочим, мы, следуя примеру русских, должны с их помощью установить народовластие в нашей стране. Это нужно сделать для нас и наших потомков силою оружия. Я большевик, революционер. Меня направил сюда Ревком формировать партизанский отряд из добровольцев, чтобы преградить путь мятежникам, которые должны прийти с той стороны, – Арслан-Бек показал рукой в сторону гор, граничащих с Аварией. – А теперь желающих добровольно записаться в отряд красных партизан прошу подходить, называть свои имена.

Дядя Арслан-Бек вынул из планшетки, висевшей на боку, блокнот и карандаш. Первым подошел наш родственник Гасан, за ним последовали поочередно сначала близкие родственники, потом дальние, за ними соседи, друзья, просто желающие из бедняков, мечтавших о клочке земли.

Не пожелали вступить в отряд мужчины и молодежь из зажиточных семей, а также из духовенства.

Женщины аула, поднявшись на крыши ближайших к площади домов, наблюдали за происходящим. Несколько смелых девиц забрались на крышу навеса над годеканом и оттуда разглядывали мужчин, стыдливо прикрывая глаза платками.