Запах оружия. Запахи смерти

Через час Ян сидел за деревянным столом, выскобленным по старинному обычаю осколком стекла. Его вправленная рука покоилась в мягкой повязке, ребра были обмотаны губчатым жгутом, и десяток активных веществ работали внутри организма.

– Сколько капсула нанитов стоит, знаете?

Ян скривился.

– Моя зарплата за сто двадцать лет?

Старик рассмеялся. – Точно. Но сейчас время такое, нельзя жмотничать.

Фарадеевич поставил перед ним кривобокую глиняную кружку, – моя работа – старик ткнул артритным пальцем в коричневый бок, – времени на пенсии до жопы, извините.

Он уселся на колченогом табурете с другой стороны стола.

– Ну, чего там? Сливаем узкоглазым?

Ян немного растерялся. На стенах избушки фото Ново-Нобелевских лауреатов, в соседней комнате вместо спальни настоящая обсерватория и вот – здрасте.

– Ну, как бы да.

– Хреново. – Фарадеев встал и, кряхтя по-стариковски, откинул крышку погреба. – По пять капель, – прохрипел он, доставая четверть, с прозрачной как слеза жидкостью.

– У меня, молодой человек, своя система очистки. Используется только ключевая вода, процесс математически точен до пятого знака после запятой, наутро никаких остаточных явлений!

– Я не пью.

Фарадеев с трудом водрузил сосуд на стол. – А что тут пить? – Он красноречиво провёл ладонью вдоль бутыли, и Ян понял что придется.

– Вот послушай. Орбита Ковчега смещается в год на миллиметр, и я тебе говорю, – это результат внешнего воздействия. Что-то странным образом влияет на него. Такое впечатление, что в окрестностях Новой Земли болтается еще какой-то объект.

– И что? Наши спутники этого не видят? – Почти кричал Ян.

– Ну, они может, и видят, но власти молчат.

Фарадеич сосредоточенно взялся за четверть, и налил по полной, Ян зацепил из плошки горсть квашеной капусты.

– Мне от этого не тепло не холодно.

– Ты выпей, Янушка.

Ян опрокинул обжигающий самогон в глотку, и в этот момент почувствовал себя волнительно живым. Было совсем не так как в траншее возле Песчанки, не так как в водах волшебного ручья.

Этот глупый спор… Ну, сместился там этот хренов Ковчег – миллиметром ближе, миллиметром дальше – какая разница. Руки-ноги целы, голова на месте, завтра протрезвею и пойду мочить узкоглазых – всё ведь просто!

– Я открою тебе страшную тайну. Мало кто об этом знает, но когда Ковчег прибыл к Новой Земле, на нем ничего не работало! Миллион замерзших в камень полутрупов в стазискамерах и сдохшая напрочь электроника.