Черным по белому. Сборник стихотворений

Каждой жилой обманите.

Ложь – юродства ярый смех.

Шаг чрез катастрофу,

Бисер, что сквозь строфы

Тешит первородный грех.

Детали

«И смутился дьявол, и увидел, как ужасно добро»… из к/ф «Ворон», 1994 г.

От прозорливых услыхал,

Что дьявол кроется в деталях.

Отцы не лгут. Дух злобы – мал,

Таится в редкостных металлах.

Враг – в сомне мелочных обид,

В объедках кашеварной брани.

Зло обретает явный вид,

Когда условия – на грани…

И прозорливым я внимал:

Лукавый сыпался в ладони

Намедни нищему.

Сжимал

Гроши, а сам взывал Мадонне.

Князь тьмы воссел в смиренья трон,

Близ: скипетр – лень, держава – трусость,

Перетолкованный закон

От просвещенных – светло-русым…

Мне прозорливые наказ

Давали: «Откровенье – жало.

Коли вражину напоказ!»

А я обетов не сдержал им.

Сижу на паперти один,

Копаясь в мыслях театрально.

Стал с появлением седин

Ко всем и ко всему нейтрален.

Я прозорливым стал. Кричу:

«Оставьте скверные детали!

Жить истинно вас научу!»

А вы… меня оклеветали…

Шпингалет

Сложен путь у шпингалета:

Вправо.

Влево. Вверх и вниз.

Осенью, зимой и летом

Исполняет наш каприз.

Некогда ржаветь бедняге,

Хоть и стар совсем уж стал.

Собран честно, людям – благо,

Крепнет с возрастом металл.

Надломившись враз, забытый,

Доживет он браком век,

По засов в земле зарытый;

Отречется человек…

Дивен путь у шпингалета:

К нам вернется добрый друг-

Набредет мастак, приметя

Блеск в траве зеленой вдруг.

И в карман положит брежно

Слом мозолистой рукой:

«Будет страж от бури снежной

На калитке. На другой»…

Атака мертвецов

1915 год, оборона крепости Осовец.

Светлому подвигу 13 – ой роты 226 – ого Землянского полка посвящается…

Это было туманным рассветом,

Мокрым августом. В пятом часу.

Подобрался с предательским ветром

Вражий яд, маскируясь в росу.

По реке, по равнинам, болотам

Пресмыкался, как аспид, фриц; глаз

Натруждал, чтоб смотреть сквозь ворота

Осовца.

Малахитовый газ-

Задохнуться в том облаке хлора!

Схоронила в ожогах земля

И бактерий, и фауну с флорой,

Гарнизонов родных флигеля.

Травят память нападки на крепость:

Артобстрелы, бомбежки и штурм,

Но такую доселе свирепость

Не познал ни один здравый ум.

Ураган лютой Берты и месиво

Под чесночно – горчичный иприт.