Полет на бумажном самолете

Проделав у лица несчастного лазейку к кислороду, старик обратился к собаке:

– Радуйся, сегодня ты сидишь на переднем сидении.

Дагги не понимал сказанное, но интонации в голосе ему было достаточно, чтобы привстать на задние лапы, выражая тем самым огромную радость.

Развернув машину обратно к себе домой, Питер почувствовал, как учащенно бьется его сердце: ведь ему не хотелось попадаться по дороге на глаза федеральным службам, которые явно не одобрят похищение единственного выжившего пассажира, но что-то подсказывало, что мальчику в их рукам не будет комфортно.

В таком ключе и крутились мысли Питера во время пути к себе домой, который занимал пять минут по основной дороге, а затем еще немного по тропинке сквозь высокие кусты с правой стороны.

Дом Питера стоял крайним на отшибе деревни, куда он переехал после смерти своей благоверной, потому что не видел смысла оставаться в двухэтажных хоромах, где все напоминало о жене, обустраивавшая жилище со всей присущей ей женской домовитостью и со своим понятием чувства уюта.

Наведение порядка не прельщало его натуру, которой не было дела до чистых полок и количества пятен на фуфайке. А тут у одной из соседских семей произошло пополнение, тем самым усложняя их жилищный вопрос. Питер, как узнал об этом, принял твердое решение поменяться домами.

– Мне ни к чему столько свободного места, да и самому сложно ухаживать за огромным домом, как и некому его передавать в наследство. А вы живите по-человечески, мне не жалко. Иначе я не смогу спокойно спать, зная, что малышка не имеет доступа к ванной и прочим благам цивилизации.

То семейство, состоящее из мужа и жены лет 50, их дочери с ее мужем и новорожденной, сначала отнекивалось, но настойчивости Питера не было предела, и спустя пару недель состоялся торжественный обмен квадратными метрами. Самый старший член семьи всякий раз, как видел Питера, рвался пригласить в гости, дабы тот отведал стряпню жены. «Сегодня точно пальчики оближешь!» – но всегда удостаивался отказом.

Возможно, его обижал такой нелюбезный жест, но виду не подавал, как и никогда не отказывался продолжать приставать с приглашениями с целью отблагодарить великодушного старика.

Нынешнее жилище Питера представляло собой удручающее зрелище: оно словно планировалось в качестве временного жилища егеря: стены здесь представляли собой сооружение из бревен и палок, но качественное, ибо редкие сильные ветра и дожди не могли разрушить сие строение.