Олигарх

– Вооот! Вот! И достоинство появилось, и гордость! Всё в тебе есть! Так почему же ты всё это прячешь, и позволяешь обходиться с тобой так, словно ты – тряпка половая? А? Витенька, ты мне как сын, и я желаю тебе только добра, но ты отчаянно сопротивляешься всем моим попыткам привести тебя в чувство…

Парень растерянно заморгал своими огромными глазами, и робко произнёс, – так… вы не увольняете меня?

– Конечно же, нет! Приди в себя, старичок! Как я могу уволить сына моего лучшего друга, и по совместительству самого способного менеджера фирмы? Да и туфельки твои мне нравятся…

Юноша не мог поверить своему счастью, слёзы ещё блестели на его щеках, а губы уже кривились в неуверенной, дурацкой, но счастливой улыбке.

Я обнял его за плечи (по – отечески), и негромко (с доверительной интонацией в голосе) сказал, – всё, что не убивает тебя, делает тебя жирнее! Кто это сказал?

– Ницше?

– Ватель, повар Людовика четырнадцатого, умерший от асфиксии – пончик в горле застрял. Так вот, Витенька, не уподобляйся этому пончику, не застревай у меня в глотке, я – не Ватель, я тебя просто выхаркну.

Понял? Хорошо. Иди, и помни про основные принципы менеджмента.

Витя вышел из кабинета, а я остался, и радостно потирал руки – день начался просто прекрасно: сначала Вассуя, а теперь Витя… Что может быть приятнее, чем причинить боль ближнему своему?

Я взял со стола стакан со своим макиатте, закрыл глаза, и (с наслаждением) отхлебнул.

3.

Конференц – зал быстро заполнялся сотрудниками. Увидев мои насупленные брови, они испуганно замолкали, и молча рассаживались по местам.

По правую руку от меня сел Джеймс. Джеймс – настоящий, стопроцентный американец со всеми необходимыми атрибутами: лошадиная улыбка, обнажающая не только зубы, но и ярко – розовые дёсны, вытянутое, птичье лицо, взгляд, лучащийся дебильным, типично штатовским оптимизмом, и деревенская манера уснащать свою речь экспрессивными словечками типа: yeeeah, yamee, bingo…

Джеймс занимает у меня должность бренд – менеджера, при этом, он ничего не понимает ни в стратегии продвижения бренда, ни в работе с поставщиками… да ни в чём, что касается его прямых обязанностей.

Джеймс незаменим во время командировок (знает самые лучшие бордели во Фриско), и во время переговоров с инвесторами. Получив от меня (незаметный для инвесторов) пинок в свою тощую ляжку, он очень органично вопит, – it s impossible! I disagree!

Услышав крик души интуриста, инвесторы (как правило!) бледнеют, и раскошеливаются.