Другие люди. Сборник рассказов

Одна баба Настя, негромко причитая, осторожно крестилась. В первый момент Федота сразила огромная балалайка. Наконец, кто-то не выдержал:

– Послушайте! Да это же Людмила Зыкина поёт!

– По голосу похоже, точно Зыкина. Только я её не видел, а ты?

– Да и я тоже. Как-то не приходилось встречаться.

А сейчас – пожалуйста. Смотри, сколь угодно.

Вдруг все, не отводя взгляда от экрана, одновременно и громко заговорили. Только Федот неожиданно почувствовал себя опустошённым, будто бочка из-под огурцов по весне.

Он молча вышел на крыльцо, сел. Жулик долго смотрел на него, высунув язык, потом молча улёгся к ногам. У ворот скрипнули тормоза председательского «козлика».

***

С того памятного вечера, когда в доме у Федота появился телевизор, деревня будто проснулась после зимней спячки. В ней начали происходить события, разительно похожие одно на другое. Сначала возле какого-нибудь дома в небо вытягивалась игла антенны, спустя некоторое время хозяин принимался ремонтировать изгородь, калитку.

Стучал по вечерам молотком, подтёсывал чего-то, прикладывал. Потом, дождавшись погожих дней, затевал покраску. Глядя на него, соседи слева и справа тоже принимались за дело. И на другом краю деревни без дела не сидели. Так и пошло всё, покатилось.

На Пасху, когда от первого тепла деревья прыснули робкой зеленью, палисадники перед домами запестрели разноцветьем, а в небо устремились иглы фантастических антенн. Деревню стало не узнать. Всё в ней осталось на прежнем месте, только ожила она, будто глаза на мир открыла.

И ведь что интересно, никто этого не планировал. Не было шумных собраний с президиумом и протоколами. А оно всё вдруг возьми да и начни происходить. Само по себе. Чудно. Хотя, что тут чудного? Пасха скоро.

В ту ночь Федот проснулся от непривычного шума. Прислушался. Да это ж лёд шумит! Значит, Боровая пошла. Через день два появится чистая вода, а там, глядишь, и до половодья недалеко. Пора, видимо, неводник ставить на просмолку.

В курятнике три раза прокукарекал петух. Четыре часа, подумал Федот и, повернувшись на бок, стал слушать, как шумит лёд. «Только бы мост не снесло», – пронеслось в голове.

Потом ему приснился тот самый деревянный мост, что построили прошлым летом за дальним мысом. Тогда вся деревня долго гадала, почему здесь, поскольку с той стороны Боровой даже дороги не было. Получалось, что мост в никуда. Только понаехали вскоре дорожные строители – шумные, матерные.